Книга Вечерний изумруд, страница 82 – Иника Мин

«Интересно, насколько все серьезно?» – думала я, наклоняясь. Я осмотрела видимые участки тела – руки, шею и лицо. Поколебалась, но все же аккуратно приподняла одеяло и, заглянув под него, попыталась что-то различить в полумраке.

— Что ты делаешь.

Я от неожиданности вздрогнула и отскочила. Хриплый голос звучал устало. Мстислав проснулся, но глаза так и не открыл.

— Э-это Аня, я пришла проведать тебя.

Если бы он все же открыл глаза, то смог бы увидеть, как мое лицо превращается в помидор.

— Я понял, что это ты, поэтому и спросил: что ты делаешь, черт возьми? Ты извращенка или что? – Он наконец взглянул на меня. – Зачем лезешь под одеяло к спящему человеку?

— Я не… все не так! – Хотелось сквозь землю провалиться. И почему он проснулся в самый неподходящий момент?

— А как? Хочешь сказать, что не пялилась на меня? – усмехнулся он, ситуация явно его забавляла.

— Да не так все, говорю же! Да, я чуть отодвинула краешек одеяла, но только чтобы увидеть, насколько сильно ты ранен! Вот и все!

— И как бы ты это увидела через больничную одежду? Стянула бы ее? – Он все еще с задорной улыбкой и бесноватыми огоньками в глазах смотрел на меня.

— Нет, я бы не стала… да к черту тебя! – взвизгнула я.

— Детка, если ты хотела, чтобы я разделся для тебя, могла бы просто попросить. Но лезть под одеяло к спящему – это немного стремно.

— К… какая к черту «детка»? – Мой голос звучал все выше и выше, пропорционально возмущению и смущению. – Я не стремная! И я не извращенка!

Я хотела выскочить из палаты, но Мстислав, чуть приподнявшись, схватил меня за руку.

— Ладно-ладно, извини. Просто тебя так весело дразнить, ничего не мог с собой поделать.

Он посмеялся и отпустил. И тут же, когда плюхнулся обратно на кровать, его лицо исказила гримаса боли. Я сразу забыла обиду:

— Ты как?

— Нормально. Меня не сильно потрепало, не волнуйся. Пару швов все же наложили – был пробит бок, но органы не задело. Еще пара сильных ушибов, но ребра целы. А, ну и рука – ее тоже зашили. В целом легко отделался. Если бы не Арина и подкрепление, вероятно, я бы вовсе не вернулся.

— Не говори таких вещей.

— Каких? Правдивых?

— Ты – идиот. Какого черта полез туда один? Снова.

— Я уже сказал какого.

— Не нужно нам такое спасение! Никто не обрадуется, если ты погибнешь, геройствуя. Не смей больше так делать!

— Меня не заботит, обрадуетесь вы или нет, меня заботит то, что вы будете живы.

— Очень эгоистично.

— Что?

— Что слышал. Ты сделал это в первую очередь для себя. Чтобы не мучиться чувством потери. Но тебя не волнует, что, возможно, ты обрекаешь нас на это самое чувство.

— И что? Если выживете, рано или поздно смиритесь.

— А что, если так поступит Влад? Или Леся с Костей? Или я?

— Ну, такого не произойдет. Я не…

— А тебя никто не спросит.

— Повторяю: такого не произойдет. Я не допущу.

— Вот и ответ на твой вопрос.

— Боше, – Мстислав закатил глаза, – ты пришла меня проведать или устроить сеанс психотерапии?

— Проведать.

— Вот и славно. Я уж было хотел прогнать тебя – утомляешь больного.

— Ладно, не буду больше. Потом еще об этом поговорим.

— О нет…

— Лучше скажи, что там случилось?

— Ну, мы никого не смогли спасти. Все пятеро погибли, мы видели их обглоданные трупы.

— А химеры? Много их было?

— Нет, нам попалось штук пятнадцать, но той, что сбежала, не было.