Книга Вечерний изумруд, страница 14 – Иника Мин

— Зачем?

— Я же говорил: в общаге полно чудиков. Не хотелось бы тебя там одну бросать. Ты и сейчас выглядишь так, будто вот-вот заплачешь.

Это было странно. Почему он предлагает помощь совершенно незнакомому человеку? Наверняка его приставили следить за мной. Я решила не отказываться от предложения сразу:

— Спасибо. Я подумаю.

Вот еще, доверять охотнику так просто. Хоть этот парень и кажется безобидным, нельзя терять бдительность.

Мы вышли из главного здания. Начинало темнеть, а небо готовилось вот-вот разразиться дождем. Конец ноября выдался теплым, но очень капризным. Тротуар усеивали лужи, у бордюров гнили опавшие листья. На улице было оживленно, не то что на окраинах, но на лицах прохожих я замечала лишь раздражение. Город ждал первого снега: казалось, больше не было сил наблюдать эту депрессию природы. Хорошо, что госпиталь для охотников находился напротив управления и идти туда было недолго.

Это была специальная больница при бюро по борьбе с химерами. Там работали лучшие врачи, ведь им приходилось лечить тяжелораненых охотников.

Охотники были особым сословием, с кучей привилегий и значимым положением в обществе. Хоть в их ряды было не так сложно вступить, но продержаться на службе долго мало кому удавалось – новобранцы либо погибали на первых же заданиях, либо получали серьезные увечья, либо просто не выдерживали и добровольно покидали бюро. В отличие от Беллерос, которым уйти из охотников было практически невозможно, остальные сделать это могли, подав заявление. Людей в моем клане оставалось не так много – едва ли хватало на все отряды охотников. Обычно женщин из Беллерос освобождали от службы, когда они заводили детей. Мужчины оставались охотниками, пока были дееспособны. Конечно, о дискриминации все знали, но она давно уже не вызывала протестов. Как еще вести охоту? Ведь без ищеек почти каждая вылазка была смертельной – отряды не могли обнаружить химер вовремя. Только благодаря членам Беллерос бойня превращалось в спланированную операцию. Конечно же, всем было плевать на наши желания, если дело касалось общественной безопасности.

Мы прошли внутрь здания. Ничего примечательного – белые стены, вылизанные до блеска полы и запах медикаментов. Влад быстро оформил в регистратуре пропуск, и мы поднялись на третий этаж.

— Мне сказали, серьезных травм она не получила, – успокаивал меня замком, пока мы подходили к нужной палате, – да и выглядела она вполне нормально, так что не волнуйся.

Он повернул ручку двери и пропустил меня вперед. Я думала, Влад останется в коридоре, но он зашел вслед за мной.

Палата была небольшая, на одного человека. Светлая, чистая, с милыми занавесками на окнах. Намного уютней, чем наша комната.

Сестра пришла в себя. Она лежала, смотря в окно. Когда дверь закрылась, запоздало повернула голову. Как только Василиса меня увидела, сразу же заплакала. Она пережила слишком много для своих неполных двадцати лет. Я тут же подбежала к ней:

— Ты как? Что-то болит?

— Я так испугалась! Сказали, меня сюда принес какой-то охотник, а о тебе и дедуле ничего не знают! Уа-а-а! – Она заплакала, вцепившись в меня.

— Ну, я, наверное, тут лишний. Подожду в коридоре, – тихо сказал Влад и вышел.

— Значит, с вами все хорошо! А где дедуля? Почему тоже не зашел? – не унималась Василиса.