Книга Вечерний изумруд, страница 130 – Иника Мин

Морковка.

То самое обращение, от которого внутренности сжимались.

Я выпала из реальности, сносимая самыми черными, отвратительными воспоминаниями.

И пришла в себя, когда меня приложили лопатками к поверхности стола. Пистолета при мне уже не было.

— А говорила, что этим тебя не напугать. А сама дрожишь подо мной, ну что за мерзость. Ты совсем не изменилась, морковка. – Он связал мои запястья ремнем, выдернутым из брюк. – Ты даже не сопротивляешься, вот умора! Ну, давай же, скажи «отпусти меня», я очень скучаю по этому жалобному голоску.

Он смеялся.

Я снова оказалась в кошмаре, в котором десятки людей смотрели на меня и мерзко хохотали. И трогали меня.

— Я тебя сразу узнал. Как думаешь, откуда у меня досье на тебя? Оно было в личных архивах моего двоюродного дяди, командира десятого отряда. Он припрятал его, уж не знаю – и никогда не узнаю – зачем, но держал копии на всех своих шалав, таких, как ты. О, ты ведь была лучше всех, ты знаешь?

Наклонившись, он лизнул мою шею.

Я начала дергаться, не в силах закричать, не в силах позвать на помощь – я будто вновь была тем подростком, которому приказали не издавать ни звука.

— А Мстислав знает, что ты была подстилкой бывшего командира десятого отряда? Именно поэтому ты стала и его подстилкой? Он подумал, что это и есть твоя роль в команде?

Это привело меня в чувство. Знает ли Мстислав? Да он первый, кто захочет найти всех моих мучителей и отстрелить им яйца. И он больше всех сокрушался, что не смог своими руками прикончить моего бывшего командира.

Почему я позволяю Олегу снова прикасаться ко мене? Как это подобие человека смеет вообще открывать рот? Почему я лежу и даю делать со мной все, что ему, этому куску дерьма, вздумается?

Я со всей силы дернула головой, ударяя Олега макушкой куда-то в скулу. От неожиданности он ослабил хватку. Я тут же двинула коленом ему между ног. Он что-то промычал, делая шаг назад и прикрывая рукой гениталии.

Вскочив на ноги, я врезала ему связанными руками по лицу. Его развернуло в сторону, но он устоял. Я тут же нанесла ему еще пару ударов, пока он не потерял равновесие и не упал на пол. Я села сверху, продолжая избивать его связанными вместе кулаками. Его голову мотало в разные стороны, как флюгер на ветру. Я выплескивала всю свою злость, превращая его лицо в месиво. Лишь когда он потерял сознание, я остановилась. Смерила мучителя взглядом, пытаясь отдышаться.

После того, как мысли пришли в порядок, я поднялась и зубами постаралась вытянуть ремень из пряжки. Когда же с путами было покончено, я тут же схватила валявшийся на полу пистолет и направила его в голову Олега. Я колебалась, палец дрожал на спусковом крючке. Наконец, шумно вздохнув, я опустила оружие.

Я ненавидела Олега всей душой, но не могла убить. Это казалось мне слишком простым – тогда он не понес бы наказания. Он даже не понял бы, что случилось, ведь был без сознания. Для него смерть предстала бы удачным исходом. Я же хотела справедливости – чтобы все узнали его истинное лицо. Чтобы все так же, как и я, возненавидели его. Чтобы он больше никогда не смог радоваться жизни. Чтобы Мстислав отомстил ему за меня. Я очень хотела, чтобы кто-нибудь хотя бы раз в жизни защитил прошлую меня. Сама я была не в силах противостоять ужасным воспоминаниям. Мне нужно было подтверждение, что все случившееся – несправедливо. Я хотела, чтобы моим обидчикам ответил кто-то еще. Я хотела совершить месть руками командира второго отряда и знала, что наши с ним желания едины.