Книга Кокон для души, страница 117 – Наталья Белецкая

Я читала удивление на лицах побратимов. Может, удастся переубедить их?

— Мы разные. В наших мирах разные традиции. Вам, возможно, кажется, что нет ничего страшного в том, чтобы заняться сексом с четырьмя мужчинами, но я от одной мысли об этом прихожу в ужас. Просто не могу так.

Судя по связи, Лоран был потрясен, келрит, едва нахмурив брови, пытливо меня рассматривал, по лицу Уорна я ничего не могла прочитать.

— Понятно, — спокойно произнес василиск.

— Теперь вы понимаете, что я никак не могу быть вашей избранной?

— Сомнений в том, что ты — избранная, у нас нет, — уверенно заявил Уорн.

— Но… — растерялась я, — что же теперь вы намерены делать?

— Ничего, — вновь удивил меня василиск, — я не вижу способа, как нам выйти из этой ситуации. У тебя в мире другие традиции и другая мораль. Наши ухаживания скорее приведут к тому, что ты станешь шарахаться. Ты будешь видеть в этом только давление на себя. Верно?

— Да… — прошептала я, — неужели вы поняли?

— Ты умеешь приводить хорошие примеры, — одними глазами улыбнулся Уорн, — я бы тоже начал шарахаться, если бы за мной стал ухаживать, например, Харт.

В моей голове сразу нарисовалась картинка: василиск выходит вечером на балкон, а внизу его поджидает Харт с гитарой, влюбленным взглядом и серенадой о любви.

Я даже слегка улыбнулась и покаялась:

— Обычно мне сложно что-то объяснить, а тут просто повезло: пришла в голову удачная аналогия. Но все равно не ясно… если вы уверены, что я — избранная, как же тогда по-вашему должен пройти обряд? Или он не пройдет? И вы, получается, не получите силу никогда?

— На все воля Орнии, — пожал плечами Уорн. — Если кажется, что нет выхода, надо попробовать его найти. Если ничего не выходит — положись на богиню.

Было похоже на цитату из какой-то религиозной книги. Да уж, удивляет меня такой фанатизм, но с другой стороны, очень хорошо, что меня поняли.

— Оля, если ты не хочешь, чтобы за тобой ухаживали, то мы не будем, — подал голос Лоран. Он все так же сидел на полу около моих коленей и держал мои ладони в своих. — Но ведь заботиться о тебе можно?

— Да, но, смотря как…

— Ну вот, например, так, — сказал Лоран, поднял меня на руки и перенес на диванчик. А сам он пристроился рядом, обняв меня за плечи и придвинув к себе.

— Лоран! — возмутилась я и даже отсела от него немного подальше, — это называется ухаживание, причем, не очень умелое!

— А я не ухаживаю! Я забочусь, — сказал некромант и придвинулся ко мне ближе, — ты совсем замерзла, руки холодные, а я тебя грею.

— Ну, ты и нахал! Вот это наглость! — я даже разозлилась, но внезапно поймала эмоцию Лорана.

Некромант боялся. Когда я сказала про наглость, от него резко полыхнуло отчаянием. Несмотря на то, что Лоран действовал, как хам, он боялся моей реакции, и еще действительно переживал за меня. Оказалось, я не готова к чтению чувств другого человека. Мне не хотелось обижать Лорана, я видела, что он волновался за меня, а не желал самоутвердиться с помощью такого поведения. К тому же, некромант был теплым, а я и, правда, замерзла.

От Лорана повеяло смесью надежды и удивления, а потом все затмила радость. Он понял, что я не буду его отталкивать, снова подсел ближе и аккуратно обнял за плечи.

— Да я — нахал, — согласился некромант, — а еще и хам. Что ты хочешь от того, кто родился простолюдином?