Книга Дракон для попаданки с ребенком, страница 82 – Наталья Белецкая

— Получается, что Минхой входит в «Когти демона». Он понял, что ты его раскроешь, как только станет известно о месте проведения обряда, поэтому решил обвинить в привороте и услать подальше, – подвел итог Эмет.

— Странно, что он не попытался вас убить, – задумчиво сказал Мальком. – Демонологи обычно решают проблемы радикально.

— Он пытался, – тихо сказала я, вспомнив о яде, который убил настоящую владелицу тела.

— Только не в Эларго. Смерть одаренной ведьмы близко от столицы привлекла бы внимание дознавателей, поэтому Лию сначала подставили, потом сослали на окраину империи. А уже там… – Эмет не стал договаривать.

Да, это очень похоже не правду. Значит, все же Циг, но почему в воспоминаниях Лии, я видела, как она варила зелье и подливала его Минхою?

— То-то этот слизняк так удивился, увидев тебя в столице! – зло рыкнул дракон.

— Но как виртуозно он лгал! – вдруг сообразила я. – Он же рассказывал, что после того, как увидел нас вместе, разозлился и потом думал обо мне, не спал! Конечно, разозлился, потому что был уверен, что меня уже нет в живых, а не спал, потому что размышлял о том, как устранить возникшую проблему. Ни слова о любви или ревности, но все, чтобы создать у меня такое впечатление!

— Похоже, все так и было, только есть в вашей теории один непонятный момент, – вмешался Мальком. – Ведьмы из ковена не могли осудить невиновную, они же чувствуют правду. Даже если они договорились, не могли. Ведь они дают присягу на крови судить по совести.

— Мы уже убедились, что демонологи как-то обходят клятвы, один из них подписал договор о найме и смог его нарушить, предав моего брата.

Тут я решила вмешаться. Дело в том, воспоминания Лии были какие-то размытые, что ли. Возможно ли, что на неё воздействовали? Раньше я не особенно обращала на это внимание, но в свете последних данных, сообразила, что такая мутная пелена в воспоминаниях может быть свидетельством внушения.

— Возможно, ведьмы ковена не нарушали присягу, – призналась я. – С уверенность утверждать мне сложно, потому что я помню, что варила и подливала зелье Цигу. Правда воспоминания об этом словно в тумане. Судебный процесс и причины, заставившие меня так поступить, не помню. Да и весь тот период с арестом, вспоминается лишь фрагментами.

— Значит, на тебя было воздействие. Внушение какой-то другой ведьмы, – сделал вывод Эмет. – Кто-то был с тобой тогда?

— Не знаю. Не помню.

— Что ж, будем надеяться, что ведьмы, судившие Лию, просто не слишком тщательно провели расследование. Если демонологи пробрались в ковен – это очень плохо. Ведьмы на их стороне –серьезная сила.

Сказать на это было нечего.

Вскоре мы ехали домой на вызванной карете. Я соскучилась по дочери и нашим домашним. Хотелось узнать, все ли у них в порядке. По пути мы снова заехали в лавку за артефактами, Эмет купил еще парочку вещиц для защиты Василисы.

Целоваться в экипаже оказалось неудобно: слишком трясло, зато мы ехали, обнявшись, и разговаривали о планах на ближайшие дни. В школе все шло по-прежнему. До обеда я успела погулять с детьми и поработать в аптекарском огороде. Эмет, как и обещал, побеседовал со строителями. Оказалось, что они действительно сказали инспектору о том, где меня можно найти. Вообще обвинять их в чем-то было сложно. Тот мужик, как представитель исполнительной власти, имел право задавать вопросы, и не ответить ему рабочие не могли.