Книга Бусина из муранского стекла, страница 121 – Анна Боронина

Конец фразы потонул в шуме дождя, а глаза Лучианы стали совсем большими и испуганными. Она замерла, точно тонконогая лань, увидевшая собак и охотника. И Чезаре внезапно почувствовал, как его затапливает незнакомая прежде нежность.

— Merde… – прошептала она едва слышно, кажется, единственное ругательство, которое знала и которое наверняка позволяли себе произносить в ее присутствии братья.

Чезаре едва сдержал улыбку и порыв притянуть ее в объятия и сказал светским тоном:

— А, так вы все-таки не сирота?

Лучиана моргнула и сделала маленький шажок в сторону, словно думала сбежать, но Чезаре быстро пресек это, обнимая ее за плечи и подталкивая в сторону дверей, находиться на улице было невозможно, он и сам уже промок до нитки, верхний плащ точно будет сохнуть целую вечность даже у огня.

— Что же вы не попросили у родных денег? Так поспешно убегали с любовником? Ах, простите, с женихом. Да не дергайтесь вы так, синьора, идите в дом, стихий ради. А то вас даже жар моих… сил не спасет.

Лучиана, словно дикий зверек, готовый убежать в любой момент, ступила в дом, опасливо озираясь, и Чезаре мысленно отметил, что надо будет выяснить, что же такое произошло, что она выбежала на улицу и рыдала не в каком-нибудь теплом углу, а среди буйства непогоды.

— Горячего вина и ужин в мои покои! – бросил Чезаре показавшемуся слуге. – Комнаты готовы?

— Да, синьор, мы ждали вас еще вчера, – склонился в поклоне слуга, впрочем, с любопытством успевая поглядывать на дрожащую Лучиану.

— И найдите теплый плащ для синьоры, – добавил Чезаре, подталкивая Лучиану к лестнице и едва сдерживаясь, чтобы не подхватить ее на руки и не прижать к себе.

Спугнуть натерпевшуюся девушку не хотелось, но и согреть ее надо было. Дождь в это время года и сырые помещения могли сыграть дурную шутку даже с самым крепким организмом.

— Раздевайтесь, – велел Чезаре, когда за ними закрылись двери его покоев.

— Да что вы себе…

— Вы заболеете. Надо высушить одежду. Вот, завернитесь пока в покрывало.

— Я не…

— Замолчите уже, наконец, и делайте, как вам велят, – не выдержал Чезаре, повышая голос, и пламя в камине недовольно полыхнуло и загудело, из-за чего Лучиана шарахнулась в сторону.

Но раздеваться не торопилась, напротив, обняла себя руками и вскинула голову так, что было видно – защищать свою честь она будет до последнего.

— Раздевайтесь немедленно! Лекаря здесь нет. А я, так и быть, высушу вашу одежду магией. Но отдельно от вас, а то сожгу. – И добавил, глядя ей в глаза: – А вы, кажется, так спешно бежали во Флоренцию, чтобы не сгореть, не так ли?

Лучиана замерла, обхватив себя руками. Мокрое платье липло к телу, и она подрагивала от холода и рыданий, но все это отошло на задний план, потому что от слов Чезаре сердце забилось где-то в горле. Она рвано вздохнула, закашлялась и едва не свалилась в жарко растопленный камин, когда Чезаре двинулся было к ней с кубком вина.

— Молчите? – Он остановился в паре шагов, позволяя ей восстановить равновесие.

Голос его был спокойным, но Лучиана сжалась, не зная, чего ожидать. Признать, что она бежала из Рима, потому что родной отец не желал иметь в семье артефактора? Сказать, что ее названый жених – Клето – знал о ее способностях и поэтому они сбежали? Сказать, что он не был ее женихом, но помог сбежать?