Книга Бусина из муранского стекла, страница 116 – Анна Боронина

— Кровавое прошлое Рима вынудило меня на этот шаг, – проговорил Галеацио веско. – Если бы я оставил все как есть, мы бы снова скатились в смутные времена. Артефакторов надо контролировать. Даже не их самих, а следить, чтобы их сила не попала в плохие руки. Чтобы их самих не уничтожили. Ведь когда происходит становление и развитие дара, они уязвимы.

— Но ты ссылал артефакторов! – напомнил Джаккомо.

— Ну разумеется, должен же я был как-то их обезопасить и не допустить, чтобы они все выгорели в Венеции? Но при этом они не рабы, чтобы я мог просто приказать. Я давал им выбор. Как раз во время закрытых слушаний Совета. Кто-то был готов уехать в Венецию, кто-то просил их спасти.

— И куда же отправлялись спасенные?

— Не один ты имеешь друзей во Флоренции, – усмехнулся отец и добавил поспешно: – Ну-ну, не хмурься так. Я не лез и не планирую в дальнейшем контролировать твои дела.

Джаккомо решил подумать о том, как много знает отец о его дружбе и сделках с Чезаре, потом и вернулся к насущным вопросам. Ему вообще следовало все обдумать. Отец, оказывается, не ненавидит артефакторов! Привычный мир перевернулся. И ведь мать, кажется, была в курсе. Но ведь и она поверила, что Лучиане грозит опасность!

— Почему бы не разорвать соглашение теперь? – осторожно спросил Джаккомо, оглушенный подобной откровенностью.

— То, что скреплено кровью и магией, нельзя просто так разорвать. Я получил поддержку Венеции не просто так. Гарантом выполнения моих обязательств стала Симонетта. И ее жизнь не казалась такой уж высокой ценой, ведь я и не думал нарушать условий договора. Плата за его нарушение – смерть, Джаккомо. И, увы, не моя, а твоей матери.

Джаккомо вскочил на ноги, едва не опрокинув стул, ножки проскрежетали по мрамору.

— И ты так спокойно об этом говоришь? Подожди… то есть Лучиане придется выйти замуж за Паскари? Ты же сказал, что, согласно договору, должен быть заключен брак между Паццо и Паскари?

— Тише, мальчик мой. Поверь, каждый раз я испытываю к себе тот же гнев, что сейчас внутри тебя. Я не думал, что Лучиана будет артефактором.

— Конечно, ведь «дар передается в семье Боскони по женской линии», – язвительно сказал Джаккомо, сжимая кулаки, его голос срывался и звенел от возмущения. – Поэтому ты планировал выдать ее замуж за Якопо! Из-за этого давнего договора! И ты отправил во Флоренцию Джованни!

— Джованни, в отличие от тебя, строго последует тому, что я сказал. – Отец сложил руки на груди, словно ему было холодно, и нервно прошелся по залу.

— Ты не путаешь нас, случайно? – скептически сказал Джаккомо.

— Молодой человек! – укоризненно воскликнул синьор Ордино, но Джаккомо проигнорировал его.

Лучиана была в опасности! Теперь в еще большей, чем когда отец грозился ее сжечь. Если бы только он знал, что это все игра!

— Ты должен был мне рассказать, – сказал наконец Джаккомо. – Я все-таки твой наследник…

— Сделанное в прошлом уже не изменить. – Галеацио положил руку на плечо сына. – Но можно попробовать изменить будущее. Мы должны помочь Лучиане избежать незавидной участи и при этом сделать все, чтобы ничего не угрожало Симонетте. Именно поэтому, мальчик мой, ты и поедешь в Венецию. Тебе нужно будет уничтожить договор, подписанный кровью. И подписать новый, теперь уже с нашими условиями.