Книга Начать сначала, страница 73 – Татьяна Морец

Пожилой целитель, заперев за мной дверь в кабинет, пригласил присесть на диванчик у своего стола. И тяжело опустился рядом сам.

— Хорошо, что вы пришли, молодой шайрас. Настало время поговорить.

Я ждал чего угодно, но не этого.

— Аделин и Леон очень сблизились с тобой Ссашшин. Пожалуйста, помоги мне донести как можно мягче до них. Я хочу на пенсию. И улететь к дочери на Проксиму b. Она скоро третью дочку родит. К своим хочу я, молодой шайрас, – пытливо глядя на меня, немного сбивчиво говорил Лансей. – Ты поможешь мне?

Отмечаю запавшие уставшие глаза. Они пронизаны тоской.

— Не мог я их раньше оставить… Аделин мне как внучка. Леон был долго не в себе. Но я так устал. И хочу быть с семьей. Моей жены давно нет. Но дочка и внуки ждут, когда я вернусь к ним. И сюда они не хотят. Старшая внучка скоро в академию зачислится, а вторая в гимназии на третьей ступени. Я не смогу им дать должный уровень образования на Маре. Это наша Аделин – умница, очень ответственная девочка, и Леон не скупился на преподавателей. Боюсь, таких как юная госпожа, мало. А мои внучки хоть и неглупы, но дисциплины им не хватает, – продолжал он.

Или я нюх потерял, следом за памятью… Или пожилой доктор тоже не при делах. Я сразу не хотел думать, что он может быть в этом завязан. Очень уж не похоже было на игру его потакание молодой хозяйке.

— Доктор Лансей, я поговорю с Аделин и Леоном. Но после вас. Такую новость нужно сообщать лично. Вам придется немного подождать. Недолго. Мы завершим расследование, обезопасим дом для Морелли и найдем вам адекватную замену, – как можно мягче произнес я.

— Да-да, я понимаю. Я уже знаю, что вы с Аделин улетите на Землю через пять месяцев, может, чуть раньше, – согласно кивал док.

— У меня будут серьезные вопросы к вам, доктор. Хочу обсудить с вами те вещества, от которых пострадала Аделин и люди хозяина. Вы сами заказывали их. Вы и главный егерь. – Я был весь во внимании, считывая доктора.

Первичные реакции тела редко кто мог скрыть, некоторые воины и разведчики годами тренируют способности прятать или подменять их иными. Изменение цвета кожи, кислый запах пота, зрачки и мелкие движения тела выдавали ложь и нервозность. Или яркие эмоции, как гнев или страх.

Первое, что я увидел – вина́. Не боязнь за себя. Усталость Лансея и желание покинуть работу приобрели еще больший смысл.

— Ох, молодой шайрас. Я так виноват. Доверился Тотти. И его словам о нападении хищников. Я же знал, что егерь и так занимается этим вопросом. И заявки подобного типа должны проходить только через него. Начальник охраны убедил меня, что так будет проще и быстрее. И я тоже вроде как имею к этому отношение. Я отдал ему препараты без отметок, просто на честном слове. И думать не мог, что он станет их использовать на людях, – совсем поникше отвечал пожилой целитель. – Столько лет работы на Леона… Кто бы мог подумать, что Тотти имел злой умысел.

Я до сих пор не очень понимал приверженность Тотти и Сольвенти к данным средствам седации. Было бы куда проще использовать что-то иное, вообще не оставляя следов. Это выглядело как бред. Навряд ли они были клиническими идиотами и думали, что никто не распутает их замыслы.

В мои бы руки этих двоих, уж с ними бы я не церемонился в выяснении правды.