Книга Начать сначала, страница 56 – Татьяна Морец

— Сразу же, как мне сообщили о побеге. Жилые планеты, базы Земной Коалиции и Змеиной Империи для них будут закрыты, сразу же пойдут под арест. Но есть полудикие планеты, астероиды, заброшенные рудники и пиратские судна. Их более чем достаточно в Земной Коалиции. Не удивлюсь, если предатели выживут. «Дельта» уже обнаружена. Сольвенти со своим сообщником бросили ее на базе «Пси» у соседней к нам Глизе-d. Местная полиция уже наводит шороху, ищут, на какой транспорт они пересели. Семья моей жены Торезы оказывает активную помощь. – Морелли трет виски и мучительно кривится.

— Значит, они согласны помогать? Добровольно, или пришлось как-то повлиять? – Только задав вопрос, я услышал, как птичка вернулась и затормозила за дверью.

Но не успел ничего сказать, как Морелии ответил:

— Они всегда стремились общаться с внучкой, но я не разрешал. Не желал от них ничего, но больше всего не хотел, чтобы дочка встречалась с женой. Не доверял я ей. Да и честно, сильно был на нее обижен. Это и сейчас не изменилось, буду откровенен. Я их просто попросил, и Руссо оказались мудрее меня, Ссашшин. Они сразу вызвались помочь, невзирая на прошлое. Я поговорю с дочкой сам, – уныло произнес хозяин Мары. – Мне думается, Аделин захочет увидеться с ними. И продолжить общение.

— Аделин была за дверью, – тихо произнес я, оборачиваясь. Прежде всего переживая за то, как девчонка воспримет то, что сейчас услышала.

— Папа! Ты говорил мне, что они не хотят! – птичка как фурия ворвалась в кабинет в полном негодовании. – Не хотят знать меня! Зачем?!

Я понимал, что Леон Морелли оберегал дочь. Но поймет ли она столь сомнительные методы? Еще одно предательство для маленькой ранимой девочки, которая так старалась быть сильной.

— Прости, дочка. Я ошибся. Давай поговорим спокойно.

Птичка сжимала свои кулачки, пытаясь не задохнуться от боли. Ее грудь часто вздымалась. Гордо задрав голову, она в отчаянии бросала слова:

— Я не желаю вести твои дела, связанные с чаем и трюфелями. Вы с ума все посходили. За свою траву готовы уничтожать. Я еду на Землю. И буду учиться в консерватории, папа. Может быть, со временем я прощу тебя. Тебя и маму.

— Если я захочу, никуда не поедешь вовсе! – раздраженно вскинулся Морелли.

Птичка молниеносно выпорхнула из кабинета.

— Аделин! – окрик Морелли-старшего поймала захлопнувшаяся дверь.

И я тут же последовал за ней.

— Ты просто дурак, Леон, – уходя бросил я хозяину Мары.

Впервые перейдя на «ты».

* * *

Птичка рыдала.

Не имея никаких сил остановить поток горьких слез. Она прямиком прибежала в комнаты, где мы провели эту ночь.

Я крепко обнимал ее, шепча простые слова утешения, терпеливо подавая новые тонкие платки из натуральной ткани, когда предыдущие намокали. Предлагал воду. Но ничего не могло остановить поток горьких срез.

Я растерялся. Аделин страдала. Все годы она верила, что ее не только бросила мать, но и вся семья Руссо.

— Я не согласен с методами твоего отца, но он любит тебя. И не задумываясь отдал бы свои плантации и всю Мару за твою жизнь. Все мы ошибаемся, птичка.

Ответом мне была лишь нервная икота.

Так, пора было это прекращать, иначе до нервного срыва недалеко, и придется прибегать к помощи пожилого доктора.

Я наполнил ей горячую ванную, налив в нее столько эфирного масла лаванды, что успокоил бы целый взвод расстроенных девиц.