Книга Когда сядет солнце, страница 60 – Татьяна Морец

При отсутствии серьезных внешних повреждений боюсь внутренних кровоизлияний и сдавления головного мозга.

Очень бережно ровняю верхнюю часть туловища.

Свечу фонариком в глаза: зрачки хорошо реагируют, сужаются равномерно. Тут порядок.

— Шанриасс! – кричу на ухо, и его глаза распахиваются, но снова закрываются через пару секунд. Хороший знак. Крови в ушных раковинах нет, как и ликвора из носа. Это обнадеживает.

Сухожильные рефлексы рук сохранены. Ноги проверить не могу… то есть кто его знает, что проверять в хвосте? Зейрашша бы сюда. И желательно с его волшебной медицинской капсулой.

Аккуратно ощупываю свод черепа. Вроде в порядке.

Ненадолго выключаю купол и быстро осматриваю байк. Устройство связи разбито, как и бортовой комм со встроенной картой. Но оно нам и не помогло бы, мы далеко от «Ласточки», являющейся связующим звеном для связи с шаттлом. Отсюда не достанет. А вот карта бы выручила, но чего уж горевать о том, чего больше нет. Возвращаюсь к командору.

— Очнись, очнись! – умоляю, склонившись над ним. Чем больше времени он в отключке, тем хуже. А если не очнется совсем? Без остановки отслеживаю дыхание и пульс, не в силах перестать.

Стараюсь не думать о том, что делать, если командору понадобится транспортировка. Я ни на метр его не сдвину. Даже если придумаю, из чего соорудить носилки.

Спустя две-три очень длинные минуты Шанриасс приходит в себя.

— Рай, почему ты плачешь? Не надо, я в порядке.

Ага, вижу, в каком порядке. Плачу? Я и не заметила, что мои щеки в слезах.

А теперь доступная диагностика. Снова свечу фонарем в глаза, слушая возмущения. Заставляю водить глазами в разные стороны, открывать и закрывать рот, тянуть язык. Прошу сжать мои руки с одинаковой силой. С одной стороны получается чуть слабее. Учитывая удар, ущерб минимальный. Лишь бы не пошло нарастание симптомов. Тошноты и рвоты нет, немного болит голова. Теперь уже спокойнее тщательно осматриваю порезы. Убеждаюсь, что зашивать ничего не надо.

— Рай, мне приятна твоя забота, но я на самом деле чувствую себя прилично. У меня крепкая голова и хорошая регенерация. Скоро я буду в норме. Чего не скажешь про наш транспорт, – хмурится он и пытается сесть.

Под моим суровым взглядом ложится обратно на спину. Согласен лежать минут пять максимум. Уже поздний вечер, и нам нужно найти убежище. Хотя бы на эту ночь.

Пока идет время, собираю все уцелевшее в рюкзаки. Временами оборачиваюсь на Шанриасса, чувствуя, как страх, вызывающий давящую боль внутри, понемногу ослабевает.

* * *

Разумеется, лучше всего было бы оставаться в лежачем положении. До завтра как минимум.

Но обстоятельства этого не позволяют. Еще одной встречи со змеей нам не пережить. Найденного на байке уцелевшего запасного аккумулятора не хватит до утра держать щит, особенно при атаках.

Перед тем как разрешить подняться, повторяю тесты. Упрямый шайрас противится, но у меня богатый опыт укрощения строптивых пациентов.

Для начала нужно сесть. Верхней частью тела командор опирается на платформу байка. Ждем еще пару минут.

— Головокружение есть? – не спускаю с Шана пристального взгляда.

— Рай, все хорошо, я готов. – Он медленно поднимается, немного покачнувшись, но в итоге занимает устойчивое вертикальное положение.

Снимаю купол. Без него ощущаешь себя беззащитным настолько, будто стоишь голый на открытом пространстве. Тем более сейчас, когда Шан остался без шлема, мой комбинезон без рукавов, а перчатки были изорваны в клочья во время приземления.