Книга Когда сядет солнце, страница 46 – Татьяна Морец

Ну вот, решилась. Но мне надо знать, в чем дело.

— Хорошо. – Внимательно глядя на меня, командор едва заметно улыбается. – У Зейрашша бы это получилось научно обоснованно. Я же расскажу более простым языком. Знаю, у людей это тоже работает, но не столь выраженно.

Киваю, кажется, догадываясь, куда клонит Шан.

— Наш геном дал нам не только этот облик, но и чуткий слух, а также острое обоняние и осязание. И инстинкты, – осторожно поясняет он. – Поэтому, когда впервые я почуял тебя и услышал, мои рецепторы моментально обработали информацию. Спустя всего несколько мгновений я уже знал, что ты идеально мне подходишь. Еще никто для меня не пах и не звучал так же притягательно, как ты, – уже мурчит этот змей. – А когда я поцеловал тебя, то окончательно убедился в нашей совместимости.

Распробовал. Ага. Это было самое странное признание из тех, что мне доводилось слышать.

Как раз в твоем стиле, Рай.

— Но, как мы понимаем, одного физического влечения недостаточно. Мне надо было узнать тебя. И дать тебе привыкнуть ко мне.

Шан аккуратно снимает прожаренные кусочки рыбы и кладет на тарелки из тонкого, но прочного полимера. И протягивает мне.

— Поэтому ты долго был на ногах? – вырывается у меня.

— Да, – соглашается командор. – Я хочу пояснить следующее. У меня нет сомнений, Рай, но я прекрасно догадываюсь о твоих. Не отказывайся, основываясь на своих страхах. Видишь, я и готовить умею, – смеясь, добавляет он.

Кладу в рот кусочки рыбы и блаженно закрываю глаза. А этот шайрас знает, чем меня взять. Рыбой!

Хороший сегодня получился день, пусть мы и не нашли ничего эдакого. Да, споры разных грибков есть, и плесени хватает. Но это все не то. Обычные штаммы. Иммунная система шайрасов их уничтожит без труда.

Да, точно, день хороший. Поговорили мы не только о работе. Мне стало спокойнее. Теперь рада, что на этой вылазке мы работаем в паре. Может, мое решение немного все пустить на самотек не такое уж и дурацкое?

После ужина, быстро обработав очистителем тарелки, готовлюсь ко сну. Завтра очень много дел, и я уже валюсь с ног. Наспех почистив зубы и заплетя волосы в простую косу, аккуратно ложусь в свой спальник на самый край матраса, спиной к Шану, чтобы не задеть его.

Сильные руки хватают меня и в спальнике притягивают к своей груди.

Только успеваю открыть рот, чтобы возмутиться, как он успокаивающе урчит:

— Не глупи, Рай. Так тебе будет теплее.

И, уткнувшись носом мне в волосы, через несколько минут безмятежно сопит.

А мне остается признать его правоту, устроиться поудобнее и заснуть. Пусть и далеко не сразу.

Боялась замерзнуть? Очень зря.

Пробуждаюсь среди ночи в страхе, что по сей день нахожусь на Сто семнадцатой. Но постепенно сон отступает, и я все вспоминаю. Как долго этот кошмар будет преследовать меня? На Преисподней я часто просыпалась в ужасе, вновь переживая в сновидениях гибель корабля в различных вариациях. Мучительно пытаясь найти выход и повернуть ситуацию иначе. Пустыня мне видится куда реже, но полностью не освободила от себя мой разум.

А я сильно нагрелась. Вот и снится этот ад. То ли кокон очень теплый, то ли лежащий рядом шайрас очень горячий.

Попытка подтянуть себя в спальнике и отодвинуться на край матраса проваливается. Загребущая рука держит мертвой хваткой, оплетая мое тело в районе талии. Кроме того, хвост Шана собственнически лежит на моих голенях и тоже не дает сдвинуться с места. Малейшая потуга пошевелиться делает его объятия еще крепче.