Книга Добыча Темного короля, страница 61 – Наталия Журавликова

Лорче разгневался на людей и как-то раз после и без того долгой и холодной зимы весна не пришла вовсе. Жители королевства начали замерзать и голодать. А оставшееся зверье светлый бог укрыл в таких глубинах чащи, что у охотников сил не хватило добраться. Не вполне, правда, понятно, чем питались животные. В легенде об этом умалчивается, но там главное, чтобы было красиво.

Теплее все не становилось, хоть по календарю уже должно царить лето. Двое крестьянских детишек, отчаявшись от голода и холода, отправились в лес, пытались разрыть мерзлую землю и отыскать какие-нибудь корешки до самой ночи. Они уже почти окоченели, когда из чащи вышла худая медведица, но не убила человеческих детенышей, а отогрела их.

И тогда дух весны, Ларея, прослезилась от жалости. Ее слезы упали на одно из деревьев и то распустилось прекрасными белыми цветами.

Ларея принялась просить Лорче помиловать людей и обещала объяснить им, как мудро соседствовать с животными и природой, чтобы охота не истощала лес.

Лорче немного поколебался, но все же пощадил жителей королевства и разрешил весне наступить.

Как можно догадаться по легенде, мне следовало появиться, когда актер, изображающий медведя, обнимет двух детей.

Мне сунули в руки сухую ветку и велели незаметно брызнуть на нее из предмета, напоминающего клизму.

Я увидела как на сцену из-за противоположной кулисы выпорхнули дети. Мальчик и девочка держались за руки. Я сразу узнала ребят - это Фирт и Сара, младшие отпрыски суконщика.

С помощью магического фонаря на сцене создали ощущение сумрака, подсветка в виде звездочек довершала впечатление. Заиграла лирическая музыка и мне пришлось выходить отыгрывать свою часть представления.

Сколько же народу!

Ох,что сейчас будет. Смогу ли я открыть рот и начать говорить, при своем извечном, глубоко сидящем во мне страхе публичных выступлений.

На голове у меня была корона, кажется почти настоящая, потому что тяжелая. Мне пояснили, что Ларея носит золотой венец, но поскольку я невеста Арчибальда, можно пойти и чуть дальше.

Но я и сама не подозревала, насколько.

На меня смотрели сотни, а может и тысячи любопытных глаз. День был ослепительно солнечный, и воссозданный на уличной сцене островок зимней ночи выглядел мистически.

Зрители располагались на длинных деревянных лавках, но появилось и кое-что, чего я раньше тут на замечала - трибуны для высшей знати, с огороженными ложами. И прямо напротив сцены в главной ложе восседал его величество Арчибальд первый. Я поймала взгляд его серых глаз. Испытующий. С ноткой интереса. Он ждал моего выступления. И, кажется, оценивал мою манеру держаться.

А я стою здесь и борюсь с комплексами, живущими во мне еще со школьных времен! Тряхнув головой так, что корона слегка шлепнула по затылку, я отвернулась от короля. И направилась к своим партнерам по сцене. Удивительно, конечно, что у нас не было ни одной совместной репетиции. Как я поняла, здесь это не считается обязательным.

Фирт смотрел на меня, будто видел ангела. В его глазах было столько любви и восторга, что я устыдилась. Совсем забыла об этом парнишке, а ведь он, судя по всему, предан Милдред. Он вырос с ней, она дула на его царапинки, пела ему колыбельные…

И вдруг я поняла, что пою для него и для Сары. Голос мой оказался отличным и певческим. Слова шли из самого сердца, минуя сознание, и периферическим зрением я отметила, что зрители качаются в такт мелодии.