Книга Добыча Темного короля, страница 18 – Наталия Журавликова

Целительница поводила руками над раскрытым ртом несчастного, что-то бормоча при этом. Затем приняла у меня чашу, которую уместнее было бы назвать глубокой миской, опустила туда ладони, словно смывая что-то. Вытерла кисти рук голубым полотенцем и продолжила свою странную процедуру.

Удивительно, но стоны Равеля становились тише, а потом и вовсе прекратились. Славия еще несколько раз омывала руки. Затем велела вынести воду на улицу и вылить на ближнюю к нашему крыльцу клумбу.

— И смотри, не расплескай! — напутствовала меня начальница. И вид ее при этом был суровый.

Интересные у них тут суеверия. Лечение руками, а болезнь она, видимо, как бы в воду переносит?

Я постаралась исполнить напутствие, не пролив ни капельки по пути. Клумбу, о которой говорила знахарка, я увидела сразу же. Странно было не обратить на нее внимание, когда я шла на работу, но это так. Не хватает мне пока сосредоточенности.

Странные там растения. Конечно, здесь пока весна вступает в свои права, листочки лишь проклюнулись недавно, а до цветов далеко, но списать то, что я вижу, на весенние заморозки, не выходило. Клумбу занимало растение кустарникового вида, его абсолютно черные веточки дотягивались мне чуть выше пояса. И листочки, с чайную ложку размером, были такого же цвета как и ветви. Я разглядела колючки, как у розы. Интересно, какие цветочки здесь проклюнутся?

Вылив воду под корни странного растения, вернулась в целительскую. Славия в это время проводила очередную процедуру. В ее правой руке было что-то, подозрительно напоминающее косточку. И она тлела, распространяя дымок с ароматом незнакомых мне пряностей.

— Шире рот! — велела женщина, и засунула косточку непосредственно в очаг боли. Равель вздрогнул, чуть ли не подпрыгнув в кресле.

— Терпи! — велела Славия. — И скажи спасибо, что выдирать не стала.

— Шпаши…

— Нет, сейчас молчи. Потом скажешь.

Поколдовав таким образом, целительница дунула на косточку, дым прекратился. Славия кинула свой варварский инструмент в жестяное мусорное ведро. По звуку я поняла, что оно пустое.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Все, свободен. Только вот горяч-корень возьми.

Славия протянула мужчине маленький серый мешочек.

— Как отек спадет, жуй по корешку перед сном, три дня. Потом ко мне приходи. Обязательно приходи, понял? Если опять запустишь, не приму больше.

Равель с трудом вылез из кресла и закивал.

— Спасибо, матушка Славия, ужас как больно было.

Он больше не шепелявил!

— Я вам потом яичек утиных занесу, — пообещал он. И поспешно откланялся.

— Он яйцами с вами расплачивается? — удивилась я. Неужто тут принято натуральное хозяйство?

— Нет, – улыбнулась женщина, — платит королевское казначейство. Мне жалование определено. А Равель так свою благодарность выражает. Он птичник.

— А я думала, что все необходимое для жизни в замке производится в Мелекатии, — растерялась я.

— Почти всё, – подтвердила Славия, — но птицу мы тут держим свою. Рядом есть пруд, где Равель своих уток да гусей разводит.

— Госпожа Славия, мне так много еще нужно узнать! — воскликнула я почти в отчаянии. — Чтобы не путаться. Как что устроено и работает… я даже не знаю, что за растение сейчас поливала!

— Это бедохват, — ответила целительница, — питается болью и страданиями. Такие кустарники всегда сажают при домах знахарей. Ты права, вспоминать как тут да что, тебе надо, и в том лучше всего помогут наблюдения. Сейчас навесим замок на целительскую и сделаем перерыв. Свожу тебя на рынок, как и обещала.