Книга Её проклятие. Его Истинная, страница 74 – Наталия Журавликова

Адалия вздохнула. Ей хотелось еще поднять значительность своего выступления. Но ничего не поделать, норов у молодой хозяйки крутой.

— Вы же попросили отыскать ту девицу, служанку. Ну которая на балу с вами чуть не столкнулась. По описанию это оказалась помощница пекаря, Дориана.

— Что ты с одного на другое скачешь-то! — возмутилась Золиданна. Она уже чуяла, что две эти подробности как-то связаны, но ей верить не хотелось. Поднялась нервно с обшитого бархатом стула и прошлась по комнате.

— Так сразу и вплотную начала, а вам всё не нравится! Еще плотнее сказывать?

— Продолжай, — махнула рукой неесса.

— Пришла вчера в пекарню эту их, точнее, в магазин при ней. Подгадала, чтобы булки туда как раз принесли, и Дориана эта помогала отцу своему названному, Лисмору, их по полкам расставлять.

— Какая трудолюбивая! — не удержалась Золиданна.

— Говорят, что и впрямь очень толковая, почтительная девица, — подтвердила Адалия, не распознав подвоха, — и талантливая. Помогала кружки разрисовывать, из которых на помолвке вашей народ пил. Да так красиво у нее вышло, что будто бы самому принцу ее чаша досталась. Но это болтают, конечно, уже почем зря.

А вот в последнем утверждении служанки Золиданна уверена не была. Ей показалось, что вокруг шеи собирается цепочка, последовательно, звено к звену.

— А нет ли у этой распрекрасной кухарки родинки или метки какой-нибудь необычной? — спросила неесса, внутри холодея.

Есть такая поговорка в Реентарии: “Начинающему вору кажется, будто все на его руки смотрят”. Вот и Золиданна сейчас готова была из семечка малого подозрения вырастить дерево с Меелингу размером.

— Про метку не слышала ничего. Но вроде как на одной руке девчонка всегда носит непроницаемую повязку, я тоже видала. Об печку обожглась, когда сдобу вытаскивала.

Точно ли там ожог? Надо бы проверить, но как. Тут Золи спохватилась, что уже сама уводит Адалию в сторону своими расспросами.

— Так и к чему ты говоришь мне о девице Дориане? — стребовала она продолжения.

— Посмотрела я на нее, значит, волосы светлые, длинные, она их в хвост собирает и чепцом прикрывает, когда работает, но разглядеть можно. Тонкая, на благородную похожа костью и чертами лица. Глаза большие, цвета ярко-небесного. Она?

— Пожалуй, что да, ее я видела. На балу и еще у старой Меелинги. Ты проследила за ней?

Адалия кивнула, и загадочное выражение вновь вернулось к ней на физиономию.

— Вечером подкараулила, куда она из пекарни пойдет. Так там сначала у выхода ее ждал мужчина, симпатичный, с ручищами большими, одет неброско, но добротно. Только вот наша лепщица булок отказалась с ним идти. Я не слышала, как отговаривалась, стояла далеко. А потом вижу, она с пекарем попрощалась, крикнула, что скоро домой придет. И сама прочь, по улочкам. Тогда я порошок незаметности уж приняла. Он же недолго действует здесь, и потому я заранее не …

— Я поняла тебя, — оборвала ее Золиданна, — продолжай.

Так вот, смогла ближе подойти, она на меня внимание уже не обратила бы. Проводить ее пришлось до берега реки, там стоит неприметная беседка, уединенная совсем, и народ рядом не ходит особо. А Дориану внутри ждали.

— И кто же? Рукастый мужик? — спросила Золиданна, уже зная ответ.

— Кронпринц Дитмор, жених ваш, — вздохнула Адалия. Кажется, она только-только сообразила, что ее удивительные новости не порадуют госпожу.