Книга Развод по принуждению. Попаданка в (не)счастье, страница 33 – Наталия Журавликова

— Луиза! – услышала я истошный крик Бена. И у моего носа оказалась ракетка, отбивающая мяч. Рене сдал назад сам, без моей помощи, поэтому ракетка в мою голову не врезалась. Но второй мяч, поданный как раз Бенедикту, упал в траву, пока он принимал адресованный мне снаряд.

Присутствующие недоуменно загудели. Можно понять. Если я такая уж мастерица, как все говорят, вот так глупо застыть при виде летящего на меня мяча было очень странно.

А счет стал уже 6:3. Разрыв между нами увеличился, в пользу соперников.

Я пыталась одновременно удержаться на коне, зафиксировать ракетку в руке, следить за обоими мячиками и отбивать их по очереди.

В ушах свистело, в голове шумело, перед глазами маячили разноцветные круги. Неужели я не справлюсь?

Раунд уже был на исходе, когда я отчаялась уследить за происходящим. Сознание мое, кажется, отключилось. Мысли размазались липким студнем внутри черепушки. И это было самым удачным моментом дня. Потому что теперь на арену вышла мышечная память великолепного молодого и тренированного тела Луизы Ренли.

Будто со стороны я видела, как сама собой поднимается моя правая рука, подсекает летящий мяч, а левая уверенно управляет Рене.

Четкие, отточенные движения, кажется, даже сердечный ритм и дыхание мое поменялись.

Звук гонга возвестил о конце второго раунда. И счет был 7:7!

— Луиза! – Винсент сиял. – Какая вы, однако, шутница! Так здорово нас разыграть в начале, а потом показать, как обычно, игру по высшему разряду!

А на поле вышли третьи пары.

Я уже болела за нашу команду, кровь бурлила, ко мне пришел спортивный азарт.

Увы, наши замыкающие оказались далеко не профессионалами. И мы вновь проигрывали. Теперь со счетом 11:8. Надо же быть такими растяпами. Что же теперь?

Я подпрыгивала, сидя на своем Рене, мучаясь от невозможности спросить, будет ли еще раунд. Ведь Луиза Ренли прекрасно знает правила.

— Ну что ж, теперь решающий тур, – сообщил Винсент, – и думаю, всем понятно, какая пара пойдет от нас.

Все остальные посмотрели на меня и Бенедикта. А я почувствовала, что и правда рвусь в бой! Только надо отключить земную Луизу и выпустить на волю остатки местной.

Решающий раунд – это еще пятнадцать минут жесткой резни, как я поняла из предваряющего объяснения секунданта.

Вначале у меня никак не получалось отпустить вторую Луизу побегать. Я пыталась контролировать свою игру, следить за полетом мяча, встречать его. А этого делать было нельзя. Когда нас уже разделали по очкам на 14:10, я просто закрыла глаза. Тело же само знало, как ему быть.

Когда я открыла глаза вновь, то уже была в центре борьбы и совершала такую коварную подачу, что пара соперников метнулась за моим мячом, упустила его и подачу Бена одновременно!

14:14

Мы с мужем враз повернулись друг к другу. Наши взгляды встретились. И ощущение было, как от прикосновения.

Противники растерялись. Но все же подали свои мячи почти синхронно. А мы так же слаженно их отбили.

А когда мяч полетел ко мне обратно, я сделала вид, что собираюсь его принять ударом сверху, но в последний момент резко изменила направление ракетки и вломила снизу.

Этого никто не ожидал. Мячик улетел в сторону. Мы вырвались вперед. И тут же прозвучал финальный гонг.

— Дааааа! – закричала, нет, прорычала я.

Мы в с Беном в едином порыве направили своих коней друг к другу, а когда они вплотную были рядом, я кинулась ему навстречу, чуть не потеряв равновесие. И муж принял меня в свои объятия. Запах его разгоряченного тела был таким родным. Хотелось прижаться к нему крепче, не отпускать никуда. Это какая-то химия!