Книга Академия избранных Мраком. Поддельная адептка, страница 153 – Наталия Журавликова

Теперь все смотрят на меня. Включая Эфлона. Он не торопится отвечать. Синие глаза задумчиво скользят по лицу, словно трогают. Кажется, я чувствую эти прикосновения, легкие, невесомые, будто ресницы щекочут кожу.

Этот взгляд смущает, как и молчание Вальдера. Хорошо, хоть в голову не лезет.

— Я пока разбираюсь, — говорит, наконец, Эфлон, — но раз Летхит играет с нами, значит, мы ей верим, пока не доказано обратное.

Такая себе поддержка. Но опять-таки, выбирать не из чего.

— Ставь фишку на зеленое поле, Ирли, — шепотом подсказывает Леаз Гланк, добродушный толстяк-пятикурсник с факультета общей магии.

Я снова в обществе любителей настольных игр. За прошедший месяц с небольшим прихожу сюда в третий раз.

Просто чтобы пообщаться, узнать новые слухи про обитателей Мракендарра. А еще посмотреть, какое настроение у Хималса, если он, конечно, придет. Как-никак, он капитан команды по ментелену, с которой нам играть через три дня.

Как же быстро пролетели эти недели!

Казалось, до игры еще куча времени.

Но оно утекало, как песок сквозь пальцы.

Мы вчетвером: я, Эльна, Кирсея и Милон, готовим проект по истории мировых магических практик. Илхим завалил нас работой. Удивительно, что Кирсея согласилась сотрудничать с нами.

В процессе я наблюдаю за ней. И понимаю, что эта лучшая версия Кирсеи живет, не получая удовольствия ни от своей идеальности, ни от простых вещей, которые прежде ее радовали.

А в свободное от учебы время мы урывками ищем информацию о Черрзе.

Все осложняется тем, что эта фигура считается вымышленной. Понятное дело, что серьезные источники о нем даже не упоминают.

Сегодня я рассчитываю как-то вывести любителей чая и настольных игр на разговор о Черрзе и его погребении на территории академии. Мне почему-то кажется, что это важно.

— Опять я продула! — говорю разочарованно, отдавая последнюю фишку сопернику.

Гельзека Хималса в подвале нет, я разочарована. Да и Деркей впустил нас и куда-то убежал.

Кажется, сегодня я зря потрачу время, а могла бы к проверочной по ритуалистике готовиться. Она обещает быть очень коварной. Все тот же изобретательный Илхим раздаст листки с кратким описанием тридцати ритуалов, из которых только десять настоящих, а остальные он придумал сам. И надо определить без ошибок, где какой.

Вот чем заниматься надо, а не искать выход из нарисованного леса, платя дань троллям фишками.

— Ирлея, — спрашивает Бонна, — а твою горгулью будут отправлять обратно в питомник?

— Возможно, на лето, — отвечаю, внутренне посмеявшись над «моей горгульей», — ректор Талироди хочет сделать ее элементом праздника в честь трехсот тридцати трехлетия академии.

— Ужас! — прикрывает рот ладошкой Бонна. — Я боюсь ходить через главную площадь с тех пор, как это чудище там поселилось. Ой, прости, Ирли.

— Ничего, я понимаю, — успокаиваю я ее, и тут в подвальчик заваливается довольный Деркей со здоровой коробкой.

— О, новая игрулька! — оживляется Леаз.

— Да, это «Проклятые алмазы», — хвастает Деркей, — а вы тут о чем перетираете?

— Ирлея сказала, что ее чудовище пробудет в Мракендарре до лета! — сообщает Бонна. — Ректор хочет видеть ее на дне основания академии.

— Да уж, на этом празднике все зациклились, — ворчит Деркей, водружая коробку на соседний стол.