Книга Ассистентка для похитителя мыслей, страница 31 – Наталия Журавликова

— Я бы так это не называл, — начал протестовать родитель, — ты же знаешь, в какой ситуации мы все сейчас оказались. И твоя работа тоже часть всей этой картины. Я надеялся, что ты нам поможешь, это ведь и в твоих интересах.

— В моих интересах сейчас — не остаться на улице. И не сойти с ума.

Я прошла в гостиную. В центре комнаты был накрыт стол, супруги собирались пить чай. Пузатый чайничек, заварник, тарелочки с печеньем и сладостями.

— Я поставлю еще одну чашку, — засуетилась Хильда.

С этой женщиной отец прожил куда дольше, чем с моей взбалмошной матерью. И надо сказать, подходила она ему куда больше. Я не знаю, каким был Тим Белослед раньше, потому что почти не помню его из раннего детства. Но сейчас это степенный дядечка со спокойными, плавными движениями. Очень странно представлять их с мамой вместе.

— Присаживайся, — пригласила меня хозяйка.

Чай у них замечательный, с горными травами. Уж я как знаток в этой области могу оценить великолепный букет напитка.

— Мери, неужели ты относишься к службе в этой темной корпорации как к чему-то серьезному в твоей жизни?

Отец положил ложку меда в свой чай и неторопливо его размешивал.

— Я так отношусь ко всему, чем мне доводится заниматься, — ответила я и потянулась за печеньем.

— Испекла по новому рецепту, — сообщила Хильда, — с крошкой белого шоколада и вишневым сиропом.

Печенье таяло во рту. В душе что-то слегка скрипнуло. Похоже, это зависть. Очень-очень глубоко в тайниках сердца запрятано у меня желание обрести семейный уют, создать собственный дом и заниматься по вечерам готовкой для любимого мужчины.

— Не забывай, что цель твоей вылазки в гнездо врага — восстановить справедливость, — строго сказал отец, — чтобы ты могла вернуться к делу своей жизни. Подготовка студентов — благородная и важная задача. Ты не кофе подносить в академии обучалась.

— Но сейчас от этой работы зависит всё, — решила я с ним поспорить, — к тому же, если Андреас Угрюмош и впрямь такой опасный тип, я уж точно не могу себя выдать. Или для тебя я менее ценный отпрыск, чем Тиберий?

Хильда выронила свое печенье.

— Что ты такое говоришь? — отец возмутился, но я видела, что он смущен. Кажется, действительно любящий родитель больше заботился о благе своего младшего сына.

— Ты не думал, что я могу пострадать, если выдам себя раньше времени? И решил подсунуть Угрюмошу своего сыщика.

— Я не могу сидеть, сложа руки, когда моего сына притесняют в тюрьме, — хмуро сказал отец, — ему там очень нелегко, Мередит.

— Его там кто-то обижает? — ужаснулась я.

— А как ты себе представляешь жизнь заключенных? — ответил он вопросом. — Эти уголовники рядом, жесткий режим. Скудное питание вместо маминых полноценных обедов и ужинов. И постоянные допросы!

— Понятно, — кивнула я, — а то уже подумала, что он в синяках на свидания выходит.

— Только не это! — Хильда схватилась за сердце.

Отец посмотрел с осуждением. Напугала его супругу, нехорошо.

— Я не прошу от тебя многого, Мередит, — сказал он, — никто не требует чтобы ты провела Карла в кабинет начальника и дала обыскать. Хотя это было бы, конечно, идеально.

Я сурово на него зыркнула. Отец вздохнул.

— Просто прикрой его, если понадобится, — произнес он чуть ли не умоляющим тоном, — детектива зовут Карл Сумрак.