Книга Развод с Альфой. Трактир для брошенных волчат, страница 59 – Диана Фурсова

Торвейн открыл принесённый список.

— Это закрытые северные роды за последние сто двадцать лет.

— Только северные?

— Пока да.

— И только те, чьи земли потом переходили стае?

— Большинство. Есть несколько исключений.

Сайвера перелистнула старую книгу.

— Начнём с того, что здесь уже видели.

Она нашла записи о детях.

Мальчик с западной дороги.

Девочка, пришедшая ночью.

Двое братьев перед грозой.

Торвейн придвинул лампу ближе.

Сайвера автоматически подвинула её обратно.

— Светит в глаза.

Он поставил лампу с другой стороны.

Именно туда, где она всегда стояла в их прежнем кабинете.

Сайвера заметила.

Торвейн тоже.

Никто не стал говорить.

Они начали с фамилий.

Большая часть записей не давала ничего. Купцы, семьи, отдельные путники, названия мест, давно изменившиеся до неузнаваемости. Иногда вместо фамилии хозяин вообще писал что-то вроде «трое с южной дороги».

Потом Сайвера нашла первое совпадение.

— Подожди.

Она провела пальцем по строке.

— Ровены.

— Что?

— Здесь семья Ровен. Пятеро. Две комнаты. Смотри дату.

Торвейн наклонился.

Книга была старой, годы отмечались по прежней системе, и ему потребовалось несколько секунд.

— Семьдесят два года назад.

— В твоём списке есть Ровены?

Он нашёл фамилию.

— Есть.

— Когда закрыт род?

Торвейн замолчал.

Сайвера посмотрела на него.

— Когда?

— Семьдесят восемь лет назад.

Иврей мгновенно повернулся.

— Тогда не сходится.

— Ешь, — сказала Сайвера.

— Но не сходится.

Торвейн снова сверил даты.

— На шесть лет.

Сайвера перечитала запись.

«Эдар Ровен, жена Мариса, трое детей. Две комнаты. Следуют к западной переправе».

— Это не найденный ребёнок, — сказала она. — Обычная семья. Путешествовали вместе.

— Возможно, запись ошибочная.

— Возможно.

— Или это другой Ровен.

— Возможно.

— Или дата переведена неправильно.

— Возможно.

Тесса, не выдержав, спросила:

— А если ещё один?

Сайвера посмотрела на неё.

— Вот поэтому мы продолжим.

Через двадцать минут нашёлся второй.

Род Сейлар.

Старая книга сообщала, что трое Сейларов ночевали в трактире девяносто один год назад.

Официальный список утверждал, что род прекратился девяносто четыре года назад.

Три года разницы.

Торвейн теперь уже ничего не говорил про совпадение.

Иврей перестал есть и подсел ближе, прихватив собственную книгу и чистый лист.

— Что ты делаешь?

— Записываю.

— Зачем?

— Чтобы не искать потом снова.

Сайвера посмотрела на Торвейна.

— Вот. Настоящий архивист.

— Даймор тоже начинал архивистом.

Иврей немедленно отодвинул лист.

— Тогда не буду.

Сайвера рассмеялась.

— Пиши. Архивисты бывают разные.

— А если потом стану плохим?

— Тогда Тесса заставит тебя мыть все шесть комнат.

— Восемь, — сказала Тесса.

Сайвера повернулась.

— Почему восемь?

— Я сегодня подготовила ещё две.

— Когда?

— Пока вы расследовали.

— Они были завалены.

— Уже нет.

— Куда ты дела стулья?

— В кладовую.

— В какую?

— Большую.

Сайвера закрыла глаза.

— У нас нет места в большой кладовой.

— Теперь есть. Я переставила ящики.

— Сама?

Тесса почувствовала опасность.

— Иврей немного помог.

Сайвера медленно повернулась к мальчику.

Он опустил глаза.

— После еды.

— Вы двое…

Торвейн кашлянул.

Она посмотрела на него.

Он совершенно явно пытался не улыбаться.

— Даже не начинай.

— Я ничего.

— Это моё слово.

— Уже понял.

Тесса сложила руки.