Книга Развод с Альфой. Трактир для брошенных волчат, страница 103 – Диана Фурсова

К двум столбам они добрались, когда солнце уже клонилось к верхушкам леса.

Столбы сохранились.

Правда, один накренился, а второй почти полностью зарос мхом.

Они стояли по обе стороны дороги, высокие, узкие, без надписей с той стороны, откуда пришла Сайвера.

Тесса обошла левый.

— Здесь знак.

Все подошли.

Под мхом виднелся незамкнутый круг, пересечённый вертикальной линией.

Знак Порога.

Такой же был на старой книге.

На соединённом жетоне.

На спрятанной под обложкой записи о праве убежища.

Сайвера провела пальцами по камню.

— Значит, дорога действительно принадлежала Порогу.

Торвейн посмотрел на неё.

— Или была связана с ним.

— Какая разница?

— Пока не знаю.

— Значит, есть надежда, что ты снова станешь раздражающе точным.

— Ты сама меня испортила.

За столбами тропа выглядела совсем плохо.

Сплошные кусты.

Поверхность под ними уже не угадывалась.

Руэн поднял топор.

— Здесь работы надолго.

— Сегодня не будем, — сказала Сайвера. — Мы нашли путь. Этого достаточно.

Иврей разочарованно посмотрел на карту.

— До фермы осталось немного.

— Откуда знаешь?

— Вот ручей. Вот столбы. Дальше один поворот.

Торвейн посмотрел на небо.

— Один поворот на старой карте может оказаться часом работы.

Сайвера нехотя согласилась.

— Возвращаемся.

Ави сразу обрадовалась.

— Хлеб можно?

— Можно.

Она села прямо на сухой камень.

Руэн достал свёрток.

Торвейн прислонил лопату к столбу.

И только тогда Сайвера заметила ещё одну деталь.

На внутренней стороне правого столба была вырезана строка.

Мелко.

Почти у земли.

Она присела и очистила мох.

— Что там? — спросила Тесса.

Сайвера провела пальцем по буквам.

Старинное письмо.

Не такое старое, как первые страницы книги, но непривычное.

Торвейн присел рядом.

— «Дорога Порога…»

Дальше часть камня скололась.

Сохранились последние слова:

«…не знает хозяина».

Сайвера перечитала.

— Дорога Порога не знает хозяина.

— Похоже, — сказал Торвейн.

Она вспомнила неполную бабушкину пометку.

«Не вести … знак … дорогой».

— Бабушка что-то знала.

— Очевидно.

— Очень раздражает, когда умерший родственник оставляет половину объяснения.

— Возможно, ей казалось, что вторая половина очевидна.

— Тогда она была опасно высокого мнения о потомках.

Ави протянула Сайвере кусок хлеба.

— Вы тоже ешьте.

— Спасибо.

Сайвера села рядом.

Она ещё несколько минут смотрела на два каменных столба.

Никакой дороги за ними сегодня не открылось.

Только кусты.

Но впервые за весь день пустая дорога у трактира перестала казаться приговором.

Был другой путь.

Нужно было лишь вернуть его.

Следующее утро подтвердило худшие расчёты.

Мельник не приехал.

Вместо муки прислал мальчишку с запиской: до окончания дорожной проверки доставок к «Старому Порогу» не будет. Сайвера могла сама забрать оплаченный мешок в посёлке.

Фермер, привозивший корнеплоды, передал примерно то же самое.

Ещё две комнаты, которые должны были занять торговцы, остались свободными.

К обеду у трактира остановился один-единственный путник. Выпил воды, спросил о дороге и уехал обратно, не рискнув пересекать старый мост после услышанных предупреждений.

Сайвера закрыла книгу заказов раньше обычного.

— Сколько? — спросил Иврей.

— Что?

— Мы потеряли.

Она посмотрела на него.

— Сегодня?

— Да.

— Не нужно считать.

— Почему?

— Потому что я и так знаю, что меньше заработали.