Книга Благословенный лед. Желания бессмертных, страница 81 – Любовь Черникова

Мриц, которого он крепко связал, пребывал в глубоком шоке от встречи с драконом. Вокруг него образовалась большая пустота — собравшиеся отошли подальше. Впервые животному не хватило доказательства мощи своих ядовитых клыков. В момент, когда Карлайл поймал его, на него смотрели, как на товар, выискивая изъяны и размышляя, подойдет ли он. Лайл не был полностью удовлетворен своей находкой, но время поджимало.

Айрис поняла, что Карлайл ждал от нее похвалы. Несмотря на свое потрясение от понимания, что Мирель абсолютно точно была права, она нашла силы для благодарной улыбки. Голос императора вернул ее в рассудок, но следом подверг в шок:

— Думаю, все будут согласны, что принцесса Колт неоспоримо может считаться главной леди этого соревнования, раз сумела подчинить сердце победителя. Поздравим же их.

Однажды на месте пепла и сажи вырастет прекрасный сад

— С чего бы ты решила добровольно вернуться, Эсмиральда? Неужели в тебе появилась капля здравого смысла или, быть может, в конце концов тебе показали твое истинное место? — значительно оживившись, хлестнула словами Силеста, едва завидев Мирель.

Ласково проведя кончиками пальцев по бархатной щеке, она остановила их на остром подбородке Миры, ледяной хваткой сжав его. Девушка невозмутимо стояла, не отводя от нее взгляд. В моменты, когда Силеста не могла сдержать своих эмоций, неизменно звала ее по полному имени, которое было у каждой ведьмы с момента раскрытия силы.

— Я тоже рада видеть тебя, матушка!

— Все тот же взгляд! Как жаль, что нам помешали. Мне было очень весело играть с тобой. Ты всегда поднимала голову, насколько глубоко бы не окуналась в пучину отчаяния. Этим ты мне и нравилась. Очень жаль… — Взгляд, которым она окинула ее, был переполнен брезгливостью.

Мира лишь расплылась в улыбке, когда мать толкнула ее, отчего голова ведьмы дернулась в сторону, а волосы закрыли ее лицо, скрывая неуместное веселье. Гневный писк взлетевшей Кас, Мирель также усмирила, сказав ей, что пока рано для возмущений.

— А это твоя первая неплохая идея! Я скажу, что ты вернулась исполнить свою обязанность и обеспечить наш род преемницей. Не волнуйся, я позабочусь, чтобы уж она не стала такой, как ты, и не совершу тех же ошибок. — Ее безумный взгляд остановился на летучей мыши. — Ты будешь повиноваться мне, несмотря ни на что, а я позабочусь обо всех возникших слухах.

В детстве она по наитию подобрала пищащий комочек. Мира знала, что если котенка заметят, то его будет ждать лишь смертельный исход. Неделю она носила ему еду и выхаживала раненого детеныша, но, придя в один из дней, она навсегда запомнила урок матери. Наказание оказалось слишком безжалостным, впрочем, как и всегда. Ей не было никакого смысла кого-либо спасать, с ней бы он точно умер. Так происходило не раз, но этот стал последним. Больше нельзя было останавливать взгляд на жалком создании, что желало выжить, ведь она легко стала бы для них дорогой к скорой смерти.

Ее мать считала, что она тратит свой дар, занимаясь подобной ерундой. Пощечина не стала первой или последней, но была ощутимо сильнее предыдущих. Изредка приходящие служанки, которые приносили ей воды, были единственными, кого она видела в ту неделю. После подобного Мирель оставалось лишь извиниться и жить дальше, скрывая ото всех правду, которую хранили закрытые двери рода Барейн.