Книга Благословенный лед. Желания бессмертных, страница 7 – Любовь Черникова

— А мы идем? — высунулась из комнаты Мирель. — Кстати, мы с его королевским высочеством знакомы? Не хочешь помучить его недельку-другую?

— Сегодня познакомимся и вольемся в его скучную компанию. — ответила Айрис, одновременно роясь в шкафу. — Нам нечего надеть.

— Я ведьма, ты… почти ведьма. Можем надевать что угодно. Вычудить что-то лучше королевы мы все равно не сможем. — с ноткой зависти, полной уважения, сказала она.

Риадна была в гневе. Платье, подготовленное на тот вечер, тушили все слуги, которые решили, что она будет превосходно смотреться в этой композиции, иначе назвать «это», было невозможно. Были жертвы среди рюш и кружева, а также еще неделю дрожащих от упоминания королевы служанок.

— Хотя… — задумчиво протянула она и коварно взглянула на подругу.

— Давай без твоих задумок! Пойдем в обычном и обойдемся без изысков. Раз уже принялись играть, то отыгрываем до конца. Фамильяров лучше оставить здесь. — решила принцесса, глядя на спящих в обнимку питомцев.

«Как гулять, так без нас. Между прочим, Кас тоже возмущена до кончиков крыльев.» — изрек Лис, сощурив глаза. Кас, фамильяр Мирель, в это время продолжала спать и лицезрела десятый сон, даже не подозревая, какие планы строят в это время.

— А тебе вообще высовываться запрещено! Мало того что мне фамильяр не положен, так они не поймут, что ты за зверь, и понесут на опыты. — возмущенно указала на проблему Айрис. — Мы это уже проходили несколько раз. Я этих «ученых» больше спасать не собираюсь.

«Они хотели узнать меня больше! Я пытался показать свою гордость — мои зубки. Все не так, как казалось на первый взгляд. И вообще, я сплю!» — стараясь не потревожить свою зазнобу, произнес фамильяр и поспешно закрыл глаза.

Мальтитная топь

Кондитерская. В помещении расположилась настоящая кондитерская. На это пастельное безобразие невозможно было спокойно смотреть. Все нещадно сливалось. У Айрис появились мысли, что где-то улизнула партия зефира, частично угодила под дождь и обляпалась в сахарной пудре.

Всюду танцевали пары. Девушки кое-как дышали от затянутых корсетов и тяжести вечерних платьев, которые они все же сумели взять с собой. Парни тщетно пытались облапать так, чтобы это вписывалось в рамки приличия, и заглянуть в… самую душу. Все же пусть это будет душа.

— Меня предупреждали, что этот день настанет. Я буду размышлять, как настоящая благочестивая девица. — обведя взглядом присутствующих, прошептала Мирель. — Если дома их сдерживали кто постарше, то здесь не удержит никто. Твоя мама — мировая женщина. Как жаль, что мы спалить не сумеем. — горько отметила ведьмочка. — Пойдем хоть перекусим. Водись на балах подобные пляски, проблем с наследниками ни у кого бы не имелось. Неизбежно пришлось бы под юбку цеплять медвежий капкан, сколько бесхозных аристократических рук сразу бы появилось. Предлагаю дать официальное наименование данному торжественному мероприятию. — шепнула она, направляя заклинание и демонстрируя, что от содействия Айрис тоже бы не отказалась.

На каменной стене параллельно парадному входу внушительными розовыми буквами предстала сверкающая надпись «У доброй феи», а слегка выше более приглушенное «бордель». Рядом стояла симпатичная дева с полупрозрачными крыльями. Нежно-розовое одеяние, под цвет большинства здешних платьев, необходимости напрягаться не давало, а томное выражение лица и фривольная поза раздолья для фантазии не оставляли.