Книга Благословенный лед. Желания бессмертных, страница 46 – Любовь Черникова

— Будущие стихийники, пройдите внутрь полигона, остальные студенты, уходите за границы этой области. — усиленным голосом приказал командир Арно.

— Нам же говорили, что мы не будем ни с кем сталкиваться, но что у магистра Дель, что у командира Арно одно и то же. — возмутилась Мирель.

— Это вы еще у смертников не были, там вообще сказка. На каждого студента два ассистента. Справедливости ради не стоит сравнивать Арно и Дель. Дель спит с ректором, и ей изначально были доступны некоторые привилегии, поэтому она и позволяет себе вольности. А нашему Арно ректорский закон не писан, он подчиняется более высоким людям. — встрял Дайс.

— Опять они. — тихо пробормотал Рен.

— Изучай своего противника. Воспринимай все это как военную кампанию для выявления слабых мест принципиальных конкурентов. — заявила Мирель.

Дайс, услышав их разговор, успокоил Даррена. После того, что произошло тем вечером, у парня не было соперников. Однако дракон ничего не понимал, и Дайс осознал, что он ничего не помнит, и никто не успел ему что-либо рассказать, поэтому сначала даже засомневался в необходимости что-то говорить. Парень боялся, что дракон просто не поверит ему.

«Мирель сильно сожалела, что не сбежала вместе с Арданой. Ей было бы намного проще и легче не знать весь этот абсурд, который с интересом слушали не только все за их столом, но и люди за соседними столиками косились в их сторону.

— Ты мне сразу понравилась. Я заметил твои волосы из другого конца зала. Такая красивая и недосягаемая. Как ты считаешь, наши дети будут больше похожи на тебя или на меня? Я очень хочу, чтобы они были как ты, и тогда у нас будут самые красивые дети, верно? — мечтательным взглядом он уставился на нее.

— Как же я устала! Убейте меня! Нет, лучше его. — Девушке казалось, что ее глаз начал подергиваться, предвещая проблемы, и она не прогадала.

Парень сокрушался на суровость и безжалостность своей любимой. Он все это время старался заинтересовать ее, но она никак не реагировала. Дракон не знал, что ему делать, и предлагал девушке разные варианты. Ведьма повторяла, что понимает его чувства и осознает свою сногсшибательность, но просила отпустить ее колени из его хватки, на которые он одновременно опирался. Мирель надеялась, что он больше не будет посещать такие места, иначе она бы сошла с ума от беспокойства. Поняв бесполезность своих просьб, она попросила Эльсу усыпить его, так как больше не могла с ним справиться.»

— А ты все это помнишь? — спросил Даррен у Мирель.

— Подобное я при всем желании не смогу забыть. В тот вечер я задумалась о вреде всякой дряни для моего здоровья, ведь нужно же хоть иногда об этом думать.

— Вот именно, что хотя бы иногда. Не ты ли, чересчур воодушевившись мамой, едва не отхлебнула одну из ее настоек? — уколола ее Айрис, спасая Даррена.

После этого случая ведьма и начала беспокоиться о себе, искренне считая, что королеве стоило бы больше думать о детской безопасности и не оставлять опасные жидкости на виду у всех.

— Правда? А дверной замок сам любезно открылся, приглашая тебя внутрь.

— Не твой ли брат толкнул меня на подобное? — разъяренно прошипела она принцессе в лицо.

Айрис примирительно подняла руки, отдавая ей победу. Это произошло незадолго до аналогичной ситуации с принцессой и ее братом, тогда они еще полагали, что дело в том, что их мать — ведьма, но оказалось, что все немного сложнее.