Книга Клятва дракона, или Непокорная невеста, страница 158 – Любовь Черникова

— Разве я спокоен? — Ярти поднял на него глаза с пульсирующими зрачками. — Я едва держусь, чтобы не обратиться, побратим!

Кулаки Дагбьярта сжались, он смотрел исподлобья. Говорят, что кровь дракона холодна, но внутри живет пламя. Вот-вот и перепалка обернется дракой.

— «Твари Древнелесья», — громко прочитал я название на обложке, отвлекая побратимов. —  Ярти, это книга Элины?

Туманный неопределенно повел плечом.

— Кто же знает… У моей этали книг много, мне она не все показывала.

Ёрни задумался, а потом заметил:

— А только мне кажется странным, что и книга Элины, и носочки Аны — все валяется в одном месте, а сами девочки пропали, и картины тоже?

— Не только, — отозвался Ярти.

Я кивнул. Тоже об этом думал все время, что мы изучали коридор.

— Уверен, их похитили те, кто преследовал нас от самой Долины. И я клянусь, что найду и уничтожу всех тварей, которые посмели покуситься на мою истинную. Из Древнелесья, они или нет! — пообещал я, едва сдерживая клокочущую внутри ярость. — Собираемся у ворот будьте готовы выступать.

Оставив побратимов, направился в хозяйское крыло. Пора было поговорить с герцогиней начистоту.

Стража в хозяйском крыле не посмела меня остановить, а дверь в покои герцогов Блэкроков оказалось выбить так же легко, как и в моих. Хрустальная Принцесса испуганно вскрикнула при моем появлении и застыла в ужасе посреди гостиной. Оправдав мои ожидания, она была полностью одета.

— О, вы не в кровати, эшшери? Прекрасно! Не придется тратить время на то, чтобы вас оттуда вытащить! Не желаете вместе со мной поискать вашу падчерицу? — Я даже не пытался скрыть гнев, который испытывал.

Калле побледнела, и на ее тонкой коже проступила болезненная синева. Сжатые кулачки она приложила к груди, уставившись на меня полными слез глазами. Надо признаться, красивыми...

— Я… Я… Я не знаю, где она. И где моя дочь, тоже не знаю… П-п-пожалуйста, помогите мне найти девочек!  Не прощу! Я себе не п-прощу, если с ними что-нибудь случится! — Она тихо зарыдала и без сил опустилась в кресло.

Мне хотелось ее прикончить на месте, но я приказал:

— Рассказывайте, эшшери Блэкрок! Рассказывайте все без утайки и побыстрее, у нас мало времени!

— К-конечно-конечно! М-можно я в-выпью в-в-воды?

Она так всхлипывала и заикалась, что я махнул рукой.

Калле поспешно поднялась и попыталась налить себе воды в кубок, но ее пальцы слишком дрожали. На стол попадало больше, чем в кубок. Я зло вырвал графин из ее рук, налил сам и всучил кубок ей в руки.

— Пейте и рассказывайте, эшшери, пока я вас не спалил заживо. Едва держусь, чтобы не обернуться! — прошипел я.

Калле сделала несколько торопливых глотков и поперхнулась. Принялась кашлять, стараясь делать это тихо, как подобает воспитанной эшшери. Я закатил глаза и саданул по столу кулаком, отчего у того сломались две ножки. Хрустальная Принцесса взвизгнула от неожиданности, отпрянув в сторону и выронив кубок, но, кажется, наконец пришла в разум. Затараторила, все еще всхлипывая и глотая окончания:

— Когда Рихард на мне женился, у него уже была дочь. Чудесная маленькая девочка, эшшер Холлвард. Такая живая и шустрая. Рихард так сиял, когда смотрел на дочку, а однажды обмолвился, что Тали очень похожа на свою мать… Понимаете, эшшер Холвард? Мне было очень больно, ведь живое напоминание о былой страсти мужа, бегало по моему дому. Из-за молодости и глупости я ревновала Рихарда и к ней, и к ее матери. Я себя нисколько не оправдываю, но ведь меня можно понять?