Книга Герцоги предпочитают блондинок, страница 112 – Лоретта Чейз

— С этим не спорю, — поспешил он прервать ее, прежде чем она заставит его улыбнуться или, что еще неуместнее, рассмеяться, и чем еще безнадежнее испортит свое положение. Хотя, кажется, сильнее просто невозможно. — Но позвольте заверить присяжных, что как адвокат, в силу особенностей моей работы и благодаря обширному опыту, я неуязвим для женских чар…

— Да, и это ужасно бесит! — подхватила Клара. — Но я упряма, так что…

— Лучше скажем «настойчива».

— Поздновато вы вспомнили о вежливости!

— Стараюсь произвести хорошее впечатление на ваших родителей, — сквозь зубы пояснил Рэдфорд.

— И ради этого идете против собственной природы? Смотрите-ка, даже позеленели от натуги! Заботясь о вашем здоровье, рекомендую прекратить это противоестественное действо.

Рэдфорд промолчал. Все его душевные силы сейчас уходили на то, чтобы не выпалить: «Люблю тебя, люблю, люблю…»

— Во всяком случае, вежливость в вашем исполнении выглядит как-то высокомерно, вам не кажется? — продолжила Клара.

— Может быть. Немного. Благодарю вас, миледи. Можете сесть.

— Я не закончила!

— По-моему, ваша милость наговорили уже достаточно, — твердо ответил он. — Переходим к пункту номер… — Какому? Клара заставила его забыть… практически обо всем.

— Номер шесть, — подсказал лорд Уорфорд. — Смертельные враги. Темные личности. — Он покосился на закрытую дверь. — Вроде этого парнишки, я полагаю?

— Бывший малолетний правонарушитель, ныне успешно трудится в «Модном доме Нуаро», — пояснил Рэдфорд.

— А, теперь понятно, почему он так одет.

— Уорфорд, нам обязательно продолжать этот цирк? — поинтересовалась маркиза.

— Я обещал справедливое слушание, — ответил ее супруг.

— Справедливое? Ты не хуже меня видишь, что здесь происходит! Для него, — маркиза возмущенно указала на Рэдфорда, — это просто забава! И в Кларе он пробуждает и поощряет самое худшее!

Забава? Это его будущее, его жизнь! Жизнь Клары, черт возьми! И он еще поощряет в ней худшее?!

Красный туман сгустился перед глазами. Рэдфорд попытался его сморгнуть.

— Ну что-то такое он в Кларе несомненно пробудил… — протянул лорд Уорфорд.

— Независимость, — резко ответил Рэдфорд. Он не хотел; слова сами вылетели изо рта: — Ум. Отвагу. Ей двадцать два года и два месяца. Кто-то наконец должен принять ее такой, какая она есть!

Наступила тишина. Все разом, не исключая и его самого, затаили дыхание. Родители Клары застыли как статуи. В мертвой тишине Уэсткотт беззвучно полоснул себя ребром ладони по горлу.

Рэдфорд и сам видел: у ног его разверзлась пропасть.

«Зли судью, провоцируй коллег, но никогда, никогда не нападай на присяжных!»

Он хотел отступить.

Хотел внять предупреждению Уэсткотта.

И у него почти получилось.

Когда леди выходит замуж за джентльмена, обладающего характером и способностями и подходящего для нее во всех отношениях, кроме того, что состояние его меньше, нежели она могла бы ожидать, такой брак я не назову неравным.

Джон Уизерспун. «Письма о браке», 1834 год

Еще не поздно было отступить и избрать другую тактику.

Но второе «я» Рэдфорда, вынырнув из глубин сознания, развернуло у него перед глазами сцену из далекого прошлого: Воксхолл, маленькая Клара кидается на Бернарда. А потом напомнило ее гневную речь дождливым сентябрьским днем, в этом самом кабинете.