Книга Любить Палача. Обратный отсчёт, страница 34 – Ian luv

Он промолчал. Только крепче прижал меня к себе.

Я знала, что мы просто отсрочили неизбежное. Я знала, что каждое такое «спасение» приближает мой конец. Мои волосы белели, мои легкие кровоточили, а моя жизнь перетекала в человека, который должен был умереть три года назад.

Но сегодня ночью никто не умер.

Время снова потекло своим чередом — вязкое, ускользающее, общее на двоих. Я закрыла глаза, слушая, как над моим ухом ровно и уверенно тикает его украденное время.

Теперь это была наша война. И я выбрала свою сторону.

Пусть даже эта сторона ведет в ад.

Запах разбитой ампулы висел в воздухе едким, химическим туманом, смешиваясь с дорогим парфюмом Демьяна и металлическим привкусом моей собственной крови во рту. Я всё ещё стояла, прижавшись к нему, слушая, как бешено колотится его сердце — сердце, которое должно было остановиться три года назад.

— Ты сумасшедшая, — прошептал он мне в волосы. Его голос дрожал, и это пугало меня больше, чем его гнев. Демьян Калашников мог быть жестоким, холодным, расчетливым, но он никогда не был растерянным. — Ты хоть понимаешь, что натворила?

Я отстранилась ровно настолько, чтобы заглянуть в его глаза. Зрачки всё ещё были расширены, черные колодцы, в которых тонул мой свет. Таймер над его головой замер на 00:06:18. Шесть минут восемнадцать секунд. Жалкая подачка за то, что я сожгла, наверное, месяц своей жизни за один поцелуй.

— Я выиграла нам время, — ответила я. Голос был хриплым, горло саднило. — И лишила Волкова его главного козыря. Он хотел, чтобы я убила тебя. Теперь у меня нет оружия.

Демьян резко выдохнул, его пальцы сжались на моих плечах, причиняя боль.

— Оружие — это ты, Рина. И ты убиваешь себя каждым таким «выигрышем».

Двери лифта в дальнем конце холла мелодично звякнули, разрезая повисшую тишину. Мы оба дернулись. Демьян мгновенно закрыл меня собой, его рука скользнула под пиджак, нащупывая кобуру, с которой он теперь не расставался даже дома.

Но это был Лев. И Кира.

Начальник службы безопасности выглядел бледнее обычного. Он перешагнул через осколки стекла, его взгляд метнулся к мокрому пятну на стене, затем к нам. Кира, с медицинским чемоданом в руке, застыла, глядя на мое лицо.

— Боже мой, — выдохнула она, подбегая ко мне. — Арина... твои волосы.

Я инстинктивно коснулась виска. Пальцы нащупали холодную, жесткую прядь. Теперь это был не тонкий росчерк инея, а полноценная белая полоса шириной в палец, ярко выделяющаяся на фоне каштановых локонов. Печать зимы, которая поселилась внутри меня.

— Я в порядке, — соврала я, но тут же закашлялась. Грудь обожгло огнем, и я прижала ладонь ко рту, чувствуя теплую влагу. Когда я отняла руку, ладонь была красной.

Демьян зарычал — звук был звериным, полным бессильной ярости. Он подхватил меня на руки, не обращая внимания на мои вялые протесты, и понес к дивану.

— Кира! Сделай что-нибудь! — рявкнул он.

— Я не волшебник, Демьян! — огрызнулась она, но уже щелкала замками кейса, доставая шприцы и ампулы. — Я говорила тебе. Это клеточная энтропия. Ее организм распадается на молекулярном уровне. Ты выпиваешь ее, как коктейль через трубочку.

— Заткнись и коли, — процедил он, укладывая меня на подушки.

Я смотрела на него снизу вверх. Его лицо было серым, черты заострились. Таймер тикал: 00:06:05. Даже эти драгоценные минуты утекали, пока мы спорили.