Книга Развод и замуж за спасателя, страница 11 – Селин Саади

Он медленно поднимает руку.

Я инстинктивно вскидываю подбородок, готовая отбиваться, но его жесткие, шершавые пальцы

лишь перехватывают мое запястье — то самое, где я сжимаю стаканчик с кофе.

Его хватка стальная, но неожиданно осторожная. Большой палец на секунду задерживается на

моей пульсирующей вене.

— Если только ты пришла сюда играть в игры, Черкасова, — голос Соболева падает до опасного,

вибрирующего шепота: — Увольняйся завтра же. Здесь люди дохнут, пока такие, как мой коллега

перья распускают. Но ты в моей бригаде...и ты подчиняешься моему уставу. Не имеет значения:

на выезде ты или на базе.

Он отпускает мою руку так же резко, как и схватил.

Окидывает меня тяжелым взглядом с ног до головы, словно ставя невидимую печать после слов.

— Иди в душ, — приказывает он сухо: — От тебя несет бензином и кровью.

Он разворачивается и уходит по коридору, широкими шагами меряя пространство.

А я остаюсь стоять у автомата и тяжело дышу. Мое запястье горит от его прикосновения, а

сердце колотится так, будто я только что пережила еще один вызов.

Глава 7

Спина гудит так, будто по ней проехался асфальтоукладчик. Я стягиваю форменную куртку,

бросаю её на стул в комнате отдыха и с наслаждением растираю затекшую шею. Первый день на

базе выжал из меня все соки.

Здесь пахнет крепким дешевым кофе, чем-то неуловимо тревожным и запахом постоянной

готовности.

— Живая? — раздается от дверей бодрый голос.

Я оборачиваюсь и вижу Жанну, ту самую девушку-спасателя, которая утром, под вой сирены,

буквально вытолкала меня к нужной машине. Сейчас на ней нет тяжелой боевки, только форменная

футболка, подчеркивающая крепкие плечи.

— Относительно, — вымученно улыбаюсь я, подходя к кулеру за водой: — Пытаюсь вспомнить, как

сгибаются ноги.

Жанна усмехается, наливая себе кофе в пластиковый стаканчик.

— Для первого дня ты отлично держишься, док. Я думала, после утреннего замеса ты сама

рапорт на стол положишь. У нас тут мясорубка та еще.

— Не дождетесь, — я делаю большой глоток холодной воды.

— Соболев тоже так решил, — Жанна приваливается плечом к стене и делает глоток своего кофе:

— Он тебе лист стажировки подписал. Минут двадцать назад видела, как он бумагу старшему

смены передал. Галочка стоит, допуск к самостоятельной работе есть.

Я чуть не давлюсь водой, закашливаюсь, прижимая ладонь к груди.

— Серьезно? — хриплю я, недоверчиво глядя на нее: — Он же весь день смотрел на меня так,

будто я бомба замедленного действия.

Жанна тихо смеется.

— У Соболя на всех такой взгляд. Он параноик по части безопасности, но профи сечет сразу. А

ты сегодня пацана с того света достала. Так что выдыхай, док, ты в обойме.

Но выдохнуть мне не дают. Очередной вызов срывает нас с базы за час до конца смены.

Обрушение строительных лесов на реконструируемом объекте.

Двое пострадавших.

Мы прибываем на место почти одновременно с красным фургоном спасателей. Я выскакиваю из

реанимобиля, на ходу застегивая каску. В ушах шумит адреналин, но я жестко торможу себя.

Никакой самодеятельности.

Останавливаюсь ровно за красно-белой лентой ограждения, вместе с Петром готовя укладки и

носилки. Я вижу, как ребята Макара работают в облаке цементной пыли. Сам он, темная, мощная

фигура в грязной боевке отдает короткие приказы. Они разбирают завал с пугающей, слаженной