Книга Как сделать бандита честным человеком, страница 65 – Ася Любич

— А... так ты про меня говорил?! — до Стеллы наконец дошёл смысл моих слов. Её лицо исказилось, капризно перекосившись от жгучей обиды.

— Ты удивительно догадлива, — хмыкнул я, даже не поворачивая к ней головы и натягивая на ноги брюки. — Свали из моей постели, из моего клуба, а лучше вообще из города.

— Но мы вчера так славно покуралесили! — надула она силиконовые губы, попытавшись протянуть ко мне длинные ногти со свежим маникюром и встать на колени на замятом матрасе.

— Ты про тот прощальный отсос? Да, помню. Но мы с тобой точно не трахались, — я развернулся и смерил её тяжелым, ледяным взглядом, от которого у большинства сразу пропадет охота спорить. — Так что если соберешься повесить на меня чужого ребёнка — сразу нахер пошлю, даже слушать не стану.

— Это всё из-за этой воблы?! — завопила Стелла, срываясь на визг и заходясь в настоящей истерике. Она сжала кулаки, тяжело дыша. — Да чем эта заучка в очках лучше меня?! Что она тебе дать может, Слав?!

— Я думал, ты более понятливая, — качнул я головой, поморщившись от ее крика, отдававшим болью в висках, и зычно рявкнул на весь этаж: — Паш!

— Слава, что ты делаешь?! — перепугалась она, резко сбавив тон и попятившись к изголовью.

Дверь снова осторожно приоткрылась, и Пашка аккуратно заглянул внутрь, стараясь смотреть исключительно вверх, на потолочный лепной карниз.

— Паш, выкинь её прямо так. Она, похоже, русских слов вообще не понимает.

— Прямо... так? — одновременно удивились и застывший в дверях Паша, и сама Стелла.

Она тут же спохватилась, хлопая глазами, и судорожно попыталась завернуться в простыню, натягивая ее на грудь. Но я шагнул к кровати и жестко рванул ткань на себя, мгновенно лишая её последнего прикрытия.

— Вчера у неё была возможность выйти отсюда человеком. Сегодня она выйдет шлюхой. Ты плохо слышал приказ?

Паша виновато крякнул, закинул ремень автомата за спину, шагнул к кровати, сгреб орущую, брыкающуюся и царапающуюся Стеллу в охапку, как охапку сена, и буквально уволок её из комнаты.

В коридоре ещё долго эхом отдавались её визги, ругань и хлопья шлепков босых ног по паркету, пока тяжелая дверь на этаж наконец не закрылась.

Я наконец остался один. Почесал затылок, соображая. Странно, конечно, как она вообще оказалась в моей спальне и почему Пашка её пропустил. Я ведь четко помнил, что попрощался с ней ещё там, в вип-зоне, а потом ушёл в общий зал бухать с мужиками за победу.

Сладко потянувшись до хруста в суставах и сбросив с себя остатки тяжелого сна, я поднялся, подошел к столику, взял с тумбочки тяжелую трубку дискового телефона и набрал номер офиса.

Моя пчёлка наверняка уже там: сидит за своим аккуратным столом, перебирает свои бумажки, поправляет очки на носу и ждёт, когда я вернусь, чтобы услышать, что я жив, что Золотарёв больше нас не тронет, а главное — про то, как мне снились её губы.

Длинный гудок в трубке щелкнул, и на той стороне раздался незнакомый, звонкий, подчёркнуто вежливый женский голос:

— Офис Вольского, слушаю вас.

«Офис Вольского». А как звучит-то. Вера всё-таки молодец.

— Привет, цыпа. Прыгай выше крыши, звонит Вольский.

— Ой... Вячеслав Борисович! — в трубке моментально защебетали, раздался легкий смешок. — Я Яна, новая секретарша, очень приятно!

— Думаю, вживую будет ещё приятнее, — усмехнулся я, перекладывая трубку к другому уху. — Где Вера?