Книга Как сделать бандита честным человеком, страница 41 – Ася Любич

Я вернулась на кухню.

Мама уже стояла у раковины, по локти в мыльной пене, ожесточенно терла тарелку, словно пыталась смыть сам факт присутствия криминального авторитета в нашем доме.

— Давай помогу, мам, — тихо сказала я, взяв кухонное полотенце.

Мама молча протянула мне вымытую тарелку. Её губы были плотно сжаты, а на лбу прорезалась глубокая складка. Несколько минут мы работали в полном молчании, только вода шумела из крана. Наконец, она выключила воду, вытерла руки о фартук и повернулась ко мне. Её взгляд был полон неприкрытой тревоги и тяжелой, материнской тоски.

— Вера, тебе нужно уволиться. Немедленно, — твердо, но тихо, чтобы не услышал отец в соседней комнате, произнесла она. — Ты должна уйти от него, пока не поздно.

Я замерла с полотенцем в руках.

— Мам, ну что началось... Мы же только что всё обсудили за столом. Я легализую его бизнес, он не будет больше бандитом.

— Он не перестанет быть бандитом только потому что получит официальный статус бизнесмена! — в её голосе прорезались панические нотки. — Вера, я же не слепая. Я женщина, я твоя мать. Я вижу, как он на тебя смотрит. Это не просто интерес начальника к толковому работнику. Это нездоровый интерес, страшный! Такой мужчина, как этот Вольский, привык брать всё, что хочет. И это твое «перевоспитание»... Господи, да он сожрет тебя и не поморщится! Ничего хорошего этот его интерес тебе не принесет, помяни мое слово. Ты для него просто... игрушка. Экзотика.

— Мам, ты слышала его? — я попыталась вернуть голосу железную уверенность, хотя внутри от её слов неприятно екнуло. — Он поможет папе. Он уже договорился с Анисимовым! Ты же знаешь, к этому профессору очереди на три года вперед, а папа едва ходит. Слава сделает так, что отца прооперируют.

— Это того не стоит, — отрезала мама, качая головой, и в её глазах блеснули слезы. — Жизнь и здоровье отца не стоят твоей поломанной судьбы. Если этот бандит потребует плату... какую плату он с тебя возьмет, Вера?!

— Зина, хватит, — в дверях кухни появился отец. Он опирался на свою трость, но выглядел непривычно собранным и строгим.

Мама всплеснула руками, оборачиваясь к нему:

— А что «хватит», Володя?! Что «хватит»?! Ты же сам всё видел! Видел, какими глазами он на неё зыркает? Как он ухмыляется? Он же хозяин жизни, у него на лбу написано: «всё куплено».

— Не важно, чего хочет он, — веско перебил её отец, пристукнув тростью по линолеуму. Маркёр шахтерского характера — когда папа говорил таким тоном, спорить с ним бывало бесполезно. — Важно, чтобы Вера сама всё понимала. Чтобы держала ухо востро и работала, а не стала его очередной победой. Доверяй нашей дочери. Она у нас умная, дурой никогда не была. Институт с красным дипломом окончила не для того, чтобы под бандитов ложиться.

Мама еще раз посмотрела на меня — долго, всматриваясь в самое лицо, будто искала признаки того, что я уже изменилась. Потом тяжело вздохнула и обреченно покачала головой.

— Он погубит тебя, Вера. Помяни мое слово.

— Я даже отвечать на это не буду, — глухо бросила я. Внутри всё закипало от смеси обиды, раздражения и глухого страха, который я так старательно гнала от себя.

Бросив мокрое полотенце на стол, я круто развернулась и быстрыми шагами пошла по коридору в нашу с Антоном комнату.