Книга Как сделать бандита честным человеком, страница 32 – Ася Любич

— Я только выгляну. Чуть-чуть. Может, ушли уже все давно, — зашептала я, мягко, но настойчиво отцепляя ее дрожащие пальцы. — Ты сиди тут, ладно?

Я погладила подругу по голове, как маленькую девочку, и, задержав дыхание, приоткрыла дверь.

Торговый зал выглядел как после бомбежки. Распоротые дробью дорогие пиджаки валялись на полу, манекены были разбиты, а весь сверкающий кафель был усыпан толстым слоем стеклянного крошева. Кое-где виднелись темные капли Толиной крови.

Стараясь не наступить на стекло, чтобы не издать ни звука, я на цыпочках пробралась к зияющей дыре, которая еще недавно была окном бутика, и осторожно выглянула наружу.

И замерла.

На улице, прямо у разбитого входа, стоял Вячеслав Борисович. Но он не бежал меня спасать. Он не размахивал автоматом и не клал никого лицом в асфальт. Он стоял, небрежно засунув руки в карманы брюк, и совершенно спокойно общался с каким-то грузным, абсолютно лысым мужчиной. Судя по карикатурному малиновому пиджаку, натянутому на необъятные плечи, и толщине золотой цепи на бычьей шее, это был не кто иной, как сам Золотарев.

Острое, почти детское разочарование осело горьким осадком на дне моей души. Наверное, я подсознательно ждала, что сейчас Слава ворвется сюда как истинный герой боевика, раскидает врагов и вынесет меня на руках из этого кошмара.

А он просто стоял и вел светскую беседу с тем, кто только что раскурочил магазин.

Но эмоции схлынули так же быстро, как и появились.

А чего я хотела?

Будь я на его месте, я поступила бы точно так же. Я бы провела переговоры с врагом, чтобы избежать полномасштабной войны на улицах. В этом и была сила Вольского, которую я так хотела легализовать.

Вдруг, словно физически ощутив, что я подглядываю из темноты разрушенного магазина, босс медленно повернул голову. Его тяжелый, темный взгляд безошибочно нашел меня сквозь разбитое окно.

Он не дрогнул в лице. Протянул руку Золотареву, дождался, пока тот пожмет ее своими сардельками, развернется и тяжело усядется в припаркованный джип.

Только когда машины конкурентов сорвались с места, Вольский направился к дверям бутика.

Он вошел внутрь.

Дорогие туфли зловеще хрустели по битому стеклу.

Слава подошел ко мне вплотную, возвышаясь темной, подавляющей скалой. От него пахло дорогим парфюмом, табаком и какой-то жуткой, сдерживаемой яростью, хотя лицо оставалось бесстрастным.

— Смотрю, без приключений ты не можешь, Владимировна, — спокойно сказал он.

Его ладонь потянулась к моему лицу, а пальцы жестко схватили за подбородок. Он бесцеремонно повернул мое лицо сначала в одну сторону, затем в другую, внимательно осматривая каждую царапину.

— Крови нет.

— Нет, — сухо ответила я и, собрав остатки гордости, решительно отпихнула его руку от своего лица. Не хватало еще, чтобы он решил, будто я нуждаюсь в его жалости.

За моей спиной скрипнула дверь подсобки. Я тут же рванула туда. Помогла девчонкам выйти. Надя в немном шоке смотрела на бардак, потом на Вячеслава и тут же откашлялась и приказала.

— Надо вызвать ремонтников, заменить стекло.

— Этот магазин присмотрел себе Золотарев, — хмуро бросил Вольский. — А еще эту… Надежду.

Надя услышала и замерла с трубкой в руках.

Я похолодела. Внутри поднялась горячая, защитная волна гнева за подругу.