Книга Как сделать бандита честным человеком, страница 15 – Ася Любич

— Я спросил, что с ногой, старик? — перебил меня Вольский, жестко чеканя слова и глядя прямо на костыль отца.

Папа тяжело задышал, не опуская ружья, но ответил сквозь зубы:

— Авария на рудниках. В Якутске.

Вольский медленно перевел свой тяжелый взгляд на меня, скользнул по моим чертам лица и цинично усмехнулся:

— На якутянку ты не особо похожа, Владимировна.

Он лениво махнул рукой Грузу и остальным амбалам, давая знак, чтобы меня, наконец, оставили в покое. Хватка сзади исчезла.

— Я просыпаюсь в шесть, — бросил Вольский, разворачиваясь к теплу коридора. — Жду тебя к девяти тут.

— Тут? — не удержалась я от глупого вопроса, оглядывая темный, пропахший криминалом и дешевым шиком двор «Белых роз». — В клубе?

Вольский резко остановился, оборачиваясь. Его глаза опасно сузились:

— Тебя что-то не устраивает, заучка?

— Нет, нет, всё в порядке. Просто спросила, — быстро заговорила я, пятясь назад. — Тогда... до завтра?

Я сделала осторожный шаг к отцовской «шестёрке», чувствуя, как свобода и легальное спасение для моей семьи уже совсем близко. Но не успела я пройти и метра, как Слава в один бесшумный прыжок оказался рядом.

Его огромная, горячая ладонь намертво перехватила мое запястье и с силой притянула меня обратно, прямо к его обнаженной горячей груди.

— Вера! — взревел отец и тут же дернулся вперед, вскидывая обрез.

Реакция бандитов была секундной — три автомата Калашникова с сухим, металлическим щелчком мгновенно уставились папе прямо в лицо.

— Не стреляйте! — закричала я, пытаясь вырваться из стальных тисков Вольского, но он держал меня железной хваткой, заставляя чувствовать свое горячее, ровное дыхание.

Мой новый босс или мой палач — в этот момент грань между ними окончательно стерлась.

Слава наклонился к самому моему уху, так что золотая цепь на его шее мазнула по моему плечу. Его голос упал до леденящего кровь шёпота:

— Если ты реально так хороша в том, о чём сейчас трепалась в кабинете, — я тебя озолочу, а твоего отца вылечу. Но если ты меня предашь, Владимировна... я уничтожу всю твою семью. По одному. А тебя заставлю сидеть и смотреть на это. Усекла?

Сердце сделало сумасшедший кульбит и застряло где-то в горле. Морозный воздух обжигал легкие, но я нашла в себе силы поднять на него абсолютно спокойный, прямой взгляд. Внутри меня снова заговорила бешеная гордость.

— Да, — выдохнула я прямо ему в губы. — Вам абсолютно нет равных в ведении деловых переговоров, Вячеслав Борисович.

Глаза Вольского на секунду полыхнули бешеным огнем от моей дерзости. Он сильнее сжал мое запястье, почти выворачивая сустав:

— И придержи свой острый язык, заучка. Иначе я найду ему совсем другое применение.

Он резко оттолкнул меня от себя — так сильно, что я чуть не полетела кубарем в грязную ледяную крошку, едва удержавшись на ногах.

Не оглядываясь, на ватных, совершенно не гнущихся ногах я доковыляла до пассажирской двери «шестёрки». Отец, тяжело дыша и не сводя обреза с замерших на крыльце бандитов, медленно попятился следом за мной. Он закинул оружие на заднее сиденье, тяжело ввалился за руль и с силой рванул рычаг коробки передач. Старая машина взвыла, с пробуксовкой вылетая из мрачного двора-колодца на заснеженные улицы Питера. Назад дороги действительно больше не было.