Книга Кафе «Пряная тыква», страница 104 – Лори Гилмор

Дот замолчала, когда Норман опустился на ближайший стул.

— Я н-не знал, – пролепетал он.

Дот вяло пожала плечами, вся злость покинула ее.

— Я же тебе не говорила.

Джинни всегда видела свою тетю исключительно уверенной в себе и сильной, шагающей по жизни с прямой спиной. Но сейчас, когда Дот смотрела через стол на мужчину, в которого, судя по всему, была влюблена уже много лет, она казалась робкой, даже взволнованной, и Джинни почувствовала, как у нее самой в животе затрепетали бабочки.

— Может, нам лучше уйти… – прошептал Логан, но Джинни отмахнулась:

— Тише.

Она ни за что не ушла бы в такой момент. Становилось все интереснее. Этот город и впрямь на нее повлиял.

Норман потянулся через стол и взял Дот за руки:

— Дороти, я уже много лет в тебя влюблен.

Дот всхлипнула, и Джинни пододвинула к ней салфетку. Она ни разу в жизни не видела, чтобы ее тетя плакала. Дот вытерла глаза и вновь вложила ладони в руки Нормана.

— Надо было сказать раньше, – призналась она. – Но, наверное, я боялась.

— Чего?

Она пожала плечами:

— Что ты не ответишь мне тем же.

Норман покачал головой:

— Такое попросту невозможно.

Джинни улыбнулась, даже когда Логан взял ее за руку под столом и попытался увести прочь, чтобы дать ее тете поговорить наедине.

На сей раз Джинни согласилась, и они вдвоем ушли за прилавок, откуда наблюдали, как Дот и Норман придвигались все ближе и ближе, пока тетя не опустила голову ему на плечо.

Джинни вздохнула.

— Представь, каково так долго любить кого-то и молчать об этом, – прошептала она.

— Могу представить, – ответил Логан, его голос был чуть грубее обычного, но она знала – это от чувств.

— Правда? Ты ведь признался мне в любви через месяц, – заметила она, прижавшись плечом к его надежному плечу.

Он издал тихий смешок:

— Знаю, но ты здорово облегчила мне задачу.

Джинни улыбнулась:

— В самом деле?

— Да. По тебе все было видно.

— Эй! – она игриво шлепнула его по руке. – По тебе тоже.

— Да что ты?

— Ничто так не говорит о любви, как установка новых замков.

— Правда?

— Да вообще все, в чем замешан ящик с инструментами. Чинить, мастерить – вот они, настоящие любовные признания.

— Ух ты. А я и не знал.

Джинни снова прильнула к нему:

— Ага.

— Я рад, что мы оба не скрывали своих чувств, – сказал он и вновь сосредоточил внимание на воссоединении Дот и Нормана. Джинни не могла представить, каково было бы каждый день работать бок о бок с Логаном и не иметь возможности признаться ему в своих чувствах, взять его за руку или поцеловать. Это было бы пыткой.

Зато могла представить, как можно переживать о том, что ты не достоин любви. Возможно, это разок-другой приходило ей на ум. А то, что ее смелая, сильная тетя испытывала то же самое, навело Джинни на мысль, что, наверное, никто не знает, как правильно.

И вероятно, это нормально.

Пожалуй, она могла быть веселой и угрюмой, неряшливой и собранной, солнечным светом и дождем, новой Джинни и старой одновременно.

Логан поцеловал ее в макушку, и она почувствовала, как тепло окутывает ее до кончиков пальцев.

Казалось, пока все получается.

Может, та идеальная картинка тихого городка, которую она представляла, и не существовала.

Но жизнь, которую она нашла, была чертовски идеальной – именно для нее.

Квартира Джинни была до краев наполнена людьми – и коробками. Пустыми, разорванными коробками для переезда. Логан стоял у входа и с удовлетворением складывал их одну за другой. Стопка у его ног росла с каждой минутой. И с каждой коробкой все сильнее ощущалось, что это по-настоящему. Джинни осталась.