Книга Это (не) твой ребенок, страница 39 – Гала Григ

— Я боюсь, — пожаловалась Марина.

— Кого, моя хорошая?

— Той женщины. У нее такой неприятный голос. Она злая.

Первая мысль, которая пришла в голову Павлу: — Ольга! — Он как мог успокаивал жену. А сам хотел немедленно лететь к бывшей и устроить ей грандиозный разнос. Но боялся оставить Маринку одну.

— Маняша, милая моя! Я клянусь тебе, что никого у меня нет! Это черт знает что! Да я ее в порошок сотру. Я мокрого места от нее не оставлю! Успокойся, моя хорошая. Я разберусь.

— Ты думаешь, это Ольга?

— Больше некому! Сегодня уже поздно. Я завтра же… Нет, я не могу ждать до завтра! Позволь мне съездить и разобраться с этой…дрянью!

— Пашенька, а что если это не она?

— Только она! Видимо, деньги кончились. Вот она и решила тебя использовать, чтобы ты надавила на меня. Ну ничего! Я разберусь. А ты успокойся, солнышко мое. Тебе нельзя волноваться. Верь мне, ты у меня одна-единственная. — Он стал одеваться, взял ключи от машины.

— Паша, не уезжай сегодня. Завтра все выяснишь.

— А ты? По-прежнему будешь думать об этом? — он подошел к телефону, выдернул шнур. Так спокойнее?

— Да. Пойдем спать. Поздно уже.

— Зря ты молчала и мучилась так долго. Надо было сразу мне все рассказать. Запомни: только ты, я и наш малыш. И давай договоримся: больше никаких тайн. Недомолвки ни к чему хорошему не приведут. Договорились?

Марина кивнула. Ее настолько успокоил разговор с мужем, что, несмотря на неясность, кто бы это мог быть, она опять успокоилась, веря, что эта женщина, кто бы она ни была, не отнимет у нее Павла. Ведь он любит ее.

Павел с нежностью смотрел на спящую жену.

— Какая она беззащитная, совсем еще молодая. Мать моего ребенка. Моего сына… — он легонечко дотронулся до ее живота. Но даже это едва ощутимое прикосновение заставило ее вздрогнуть. Марина инстинктивно закрыла живот рукой. Павел улыбнулся и прошептал:

— Не переживай, солнышко мое драгоценное. Вам ничего не угрожает.

Минорные мысли резко приобрели жесткий характер.

— Кто же все-таки тревожит мою ласточку? Надо немедленно встретиться с Ольгой! И чего ей не хватает?! Я практически содержу не только ее, но и постоянно меняющихся хахалей. Вот стерва!

Съезжу к ней с утра пораньше. Иначе весь день буду думать только об этом. И Мариша никак не успокоится, хоть телефон и выключен.

Ольга! Больше некому терзать мою малышку идиотскими звонками. Ну да, ведь она знает этот номер.

Он осторожно, стараясь не потревожить сон жены, встал с постели. На цыпочках прошел в ванную. Возмущение не унималось. Наскоро позавтракав, он потянулся за ключами, радуясь, что не разбудил жену: — Пусть поспит подольше.

— Паша? — он отругал себя за неловкость: ключи упали на пол, и этот звук все-таки разбудил Марину.

— Да, родная! Я разбудил тебя, прости. — Павел вернулся, чтобы поцеловать улыбающуюся жену. — Тебе еще рано вставать, спи. А я поеду. На работе завал, — признаваться в истинной причине столь раннего пробуждения не хотел. Зачем беспокоить зря. Он все уладит с Ольгой, а потом порадует Маришу, что причины для беспокойства больше нет.

— Ты позавтракал? — нежась в постели, спросила Марина. Там…

— Все хорошо. Не беспокойся, — нежный поцелуй в щечку вызвал у нее улыбку. — Я люблю вас. Но мне пора.

— Угу. Я тоже скоро встану, — а у самой глаза еще спят. Вставать совсем не хочется. Так приятно поваляться утром в постели.