Книга Подкидыш из прошлого, страница 35 – Гала Григ

Ощущения были довольно странные. Как это, совсем не зная человека, ничего для него не сделав, вдруг воспользоваться всем движимым и недвижимым, как значилось в документах, которые прислал на мое имя некий Смит Грачевский.

Сочетание имени и фамилии нотариуса вызывало недоумение. Это как? Получается корни у него наши. Значит можно надеяться, что он владеет русским языком. Хотя эта проблема и решается с переводчиком, но хотелось бы услышать напрямую ответы на все вопросы, вполне естественно возникающие у меня последнее время.

Грачевский встретил меня с распростертыми объятиями. К счастью, он вполне сносно говорил на моем родном языке. Как оказалось, отец у него русский, отсюда и фамилия. По документам он вообще-то Самуил, что в некоторой степени роднит его с нашим Семеном (такие свои соображения он мне выложил в первые минуты встречи). В принципе, для простоты общения, ник Сэм — прекрасный вариант.

И вообще Сэм оказался достаточно общительным и приятным нотариусом. Никакой напыщенности, вычурности фраз и тому подобных выпендронов, зачастую присущих этой категории людей.

На ломаном русском он радостно сообщил мне все подробности поисков наследника, то бишь меня.

— Ты понимаешь, — я бы давно отказался от этого дела. Слишком много сил пришлось приложить, чтоб выйти на твой след. Но Аркадий был моим другом, и я обещал ему выполнить его волю.

— Зачем Вам понадобилось мое личное присутствие здесь? Ведь можно было завершить процесс и без моего приезда.

— Видишь ли, такое условие выставил сам Астахов. Был у него такой странный пунктик. Его огромный особняк. Ничего удивительного в том, что при его капиталах он был владельцем огромного дома. Только этот дом был его гордостью.

Слушая подробный рассказ нотариуса, я пытался уловить связь между этим явлением и необходимостью моего приезда в Штаты. А он продолжал:

— Я сам пытался добиться вразумительного объяснения пункту в завещании, что наследующий должен обязательно приехать и, — тут он выразительно посмотрел на меня, — побывать в его особняке.

— Получается, он выставил условие, чтобы я остался жить в этом доме?

— Нет-нет. Это совсем не обязательно. Но он мечтал, что вдруг наследнику захочется поселиться в его любимом особняке.

— Так в чем же этот самый пунктик? Не понимаю.

Грачевский тяжело вздохнул:

— По рассказам моего друга, в его детских воспоминаниях присутствовал образ крохотной квартирки, в которой они с семьей жили в России. И он всегда с печалью рассказывал о том, что его комнатушка была настолько мала, что в ней помещалась только… как это называется,… кушетка и стул.

— Лично я, — помолчав продолжил рассказывать Самуил, — не вижу в этом ничего необычного. Во времена нашего детства все жили в тесноте. Но у него этот образ отпечатался, наверное, потому что другие воспоминания были вытеснены из памяти переездом, сменой образа жизни. Ну и, сам понимаешь.

Мы помолчали.

— Так вот, повторяю, Сэм мечтал порадовать наследника (он ведь не знал тебя лично) размахом своего особняка. Хотел удивить, поразить и порадовать.

Я слушал эту хрень, и мне вдруг захотелось немедленно бежать отсюда. Домой, в свою небольшую, но уютную квартиру. «Старый маразматик, — нехорошо подумал я о меркантильном богатом дядюшке, — нашел чем удивить!»