Книга Подкидыш из прошлого, страница 14 – Гала Григ

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Арина не столь наивна, как ты думаешь. Мы оба ошибались в ней. Поймешь ли ты, но я до конца не могу поверить ей. Я… сомневаюсь в том, что смог переступить черту.

— Прекрати! У меня нет оснований не верить сестре.

Повисло тягостное молчание. Подавив тяжелый вздох, продолжаю:

— Матвей, я тоже должна повиниться перед тобой, — Боже, как тяжело сдерживать слезы!

Минин смотрит на меня удивленно. Брови сомкнулись у переносицы. Как же хочется дотронуться до них, разгладить эту складку между бровями. Но…

— Прости… я не сумела сохранить нашего малыша…

— Нашего малыша? Я правильно понял, Ксюша?

— Да, Матвей, я не уберегла его… потеряла.

— Но, Ксения, почему ты мне ничего не сказала?

— Я ведь и сама не знала, что… — слезы, сдерживаемые так долго, наконец, обрушиваются бурным потоком. Они застилают глаза, пытаются затуманить разум.

Матвей пытается обнять меня, успокоить. Но если допустить новое прикосновение его рук, вновь ощутить биение его сердца… я уже вряд ли смогу владеть собой.

— Все, Матвей, все! Теперь уходи! Кира! — стремительно входит взволнованная медсестра.

— Проводите Матвея. Он уже уходит… Совсем уходит.

Ну вот и все. Сегодняшний день вместе с его событиями обмену и возврату не подлежит. Матвей ушел. А я осталась одна. Совсем одна.

Правильно ли я поступила? Ведь Минин искренне раскаивался. Почему-то вскользь высказал свое недоверие к Арине. Оправдывается? Нет, не в его характере.

Я была слишком резка с ним. Но иначе нельзя. Не ожидала от себя такой твердости. И о ребенке зря сказала. Матвей, кажется, остался безразличен к новости о ребенке и о том, что малыша не будет. Скорее, даже обрадовался. Зачем ему наш ребенок, если собрался создавать семью не со мной.

Неужели он так жесток? А я, влюбленная и доверчивая, не замечала в нем ничего плохого. Как же сложно объяснять себе необъяснимое. Матвей — предатель? Арина — воровка моего счастья?

Как постичь все это? Как не ошибиться?

Но я, наверное, все-таки должна была выслушать его. Может, было бы легче понять и принять измену. При этой мысли рука потянулась к телефону. Надо вернуть Матвея! Пусть расскажет все по порядку.

Лихорадочно набираю его номер. Гудки, гудки, гудки. Не хочет отвечать. Ну что ж, этого следовало ожидать.

Пальцы забегали по кнопкам: «Вернись. Давай поговорим». И тут же стираю СМС. Зачем продлевать агонию? Все и без того ясно. Матвей разлюбил меня. Теперь любит Арину. Так бывает. Любовь невозможно удержать силой. Она не терпит оков. А женитьба — это и есть оковы. Значит, Матвей не был готов к созданию семьи.

Но ведь Арина сказала, что это нашей с Матвеем свадьбы не будет. А их состоится. Что же это получается? Им достаточно было одного вечера, вернее ночи, чтобы решиться на такой шаг. Мы же с ним зря откладывали его целых три года.

Но самое страшное впереди. Невозможно избежать разговора с Ариной. Я попрошу ее не терзать меня.

— Ну что, голубушка, как дела? — Валерий Афанасьевич внимательно смотрит на меня. — А что это с Вами? Откуда эта бледность на фоне пунцовых щек? Что так разволновало? — дотрагивается до моего лба: — Э, милая, да Вы опять с температурой!

— Кира Петровна, градусник поставьте. — Пока медсестра бегает за градусником, мой доктор просит проследить глазами за его пальцем. Посмотреть вправо, влево, дотронуться до кончика носа с закрытыми глазами.