Онлайн книга «Любимая для Грома»
|
Каким он будет, когда проснется? Циничным мерзавцем, пугающе одержимым зверем или страстным и нежным любовником? Я услышала шаги, и через секунду Влас вошел в ванную. В одних только боксерах, со спадающей на лоб смятой челкой и все еще сонным, затуманенным взглядом. Такой... — Кто разрешал улетать из кровати, а, птичка? - с порочной улыбкой пророкотал и, подхватив меня под бедра, усадил на столик возле умывальника. Меня задел тон, но, когда мужчина, развел мне ноги и, устроившись между ними, стал целовать-сладко и нежно-я позабыла об этом. Взъерошив пальцами черные волосы, оплела ногами бедра. Полотенце, в которое я была завернута, соскользнуло, и глаза мужчины, на миг оторвавшегося от моих губ, загорелись. Он сжал мою грудь ладонями, приник губами к шее, целуя, обводя языком оставленные им засосы и синяки. Легкая боль и удовольствие как жаркие вспышки по всему телу. Спустившись рукой по животу, проскользнул пальцами мне внутрь. Слегка обожгло. Не будь там уже мокро, стало бы больно. — Девочка моя...Уже мокрая... Для меня, - одержимо шептал мне в шею, двигая пальцами внутри. Обхватив пятернями бедра, притянул к своим, потерся вздыбленным под тканью боксеров членом о чувствительное местечко, вырывая из груди стон. Нетерпеливо поймал губы. Приспустив боксеры, резко вошел сразу до упора, зарычав в мой приоткрытый рот. Стал плавно двигаться. Что-то шептал мне, но я не могла разобрать слов. Просто отдавалась ему, наслаждаясь движениями внутри. Все более рваными, сильными, резкими… Вскоре я задрожала, хрипло вскрикивая от разрядки. А он со стоном вышел из меня, и кончил на лобок. Размазал ладонью, словно помечая меня, и мягко поцеловал в губы. Подхватил под бедра, снимая со столика, и занес в душ. А потом мы купались в море, гуляли по городу, взявшись за руки. Ели сладкое и пили кофе, спрятавшись от жары в прохладных кофейнях. Вечером, едва взлетев, заперлись в зале с кроватью. И хоть меня буквально отключало после ласк, тоска сдавившая сердце, вылилась потоком слез. — Я сделал больно? - Влас заглянул мне в лицо. В серых глазах была растерянность и еще что-то настолько пронзительное... — Нет, - я замотала головой, обнимая его за шею. - Нет, мне хорошо. Мне настолько хорошо, что страшно... — Тебе и будет хорошо, моя девочка, - кажется, окончания фразы он не услышал. Поцеловал, укладывая на себя. Натянув на обоих одеяло, положил мою ладонь себе на грудь. — Спи, Ева. В аэропорту нас встречал Марк. Бледный и осунувшийся, он выглядел так, словно был чем-то болен. — Живой, бродяга, - Влас обнял его, хлопнул по спине, и тот поморщился. — Гром, твою ж... — Прости. И двигался он скованно. Спрашивать я, конечно, не решилась бы, даже если б он приветливо со мной поздоровался и справился о делах. Но Марк меня словно и не заметил. И это было так обидно... Потому, что Влас, несмотря на раннее утро сразу завис в смартфоне. Потому, что я остро ощутила себя девкой, которую возили трахать заграницу. В шмотках, которые не по карману, и со следами бурных ночей на лице и теле, за которые всем этим заплатили. — Принесешь мне паспорт со штампом о разводе, и я помогу. И работа у тебя будет. В студии мне поможешь. Раньше я не замечала этого наглого выражения в прекрасных глазах сестры. Или оно мне просто чудилось из-за того, как погано на душе? |