Книга Я (не)твоя собственность, страница 76 – Надежда Борзакова

— Как вы себя чувствуете? — спросила Татьяна Сергеевна, мой гинеколог, после вопросов о дате начала последних месячных и сроке задержки.

— Хорошо… Отлично! Только слегка нервничаю. Понимаете, эти два месяца у меня были очень непростые в плане стрессов. А еще меня подстрелили… Я антибиотики принимала. Обезболивающие!

— На таком раннем сроке все это не могло повлиять на плод, — с улыбкой проговорила женщина и я выдохнула.

Сделав необходимые записи и назначив анализы, она предложила пройти в кабинет узи.

Макс увязался с нами.

И вот, раздевшись за ширмой, я прилегла на кушетку. Татьяна Сергеевна, усадила Макса так, чтоб он и я могли видеть монитор. Потом осторожно ввела мне датчик.

— Давайте посмотрим.

С замирающим сердцем, я уставилась на происходящее на экране. Ну и что здесь можно понять?

— Что ж, срок, как я и предполагала примерно семь недель, плод находится в матке, — она указала на небольшое темное пятно с маленьким светлым у одной из его стенок на экране. — Сердцебиение отличное. Вот, послушайте.

Она нажала какую-то кнопку и кабинет наполнил частый и четкий стук. Сердечко нашего ребеночка! Мои глаза наполнились слезами. Монитор, экран, голубая форма врача и лицо Макса стали расплываться перед ними.

— Все в норме. Сдадите анализы и жду вас на прийом, — сказала Татьяна Сергеевна, вынув датчик.

Пока я одевалась, Макс с ней общался, задавал вопросы….

Господи, я в тот момент была самой счастливой. Напуганной, полной тревог, в смятении, а все равно — самой счастливой. Рядом со мной был любимый и мы с ним ждали ребенка.

Ах, если бы только знать, что готовит будущее… Мы бы уехали. Мы бы просто взяли и сбежали на край света. Плевать на деньги. На все плевать! Не важно, не имеет значения абсолютно ничто кроме нас троих. Нашей такой маленькой семьи, выстрадавшей свое недолгое счастье.

Если бы только знать.

Токсикоз подкрался как-то вдруг. Свалился, как снег на голову на старте восьмой недели. Вот вроде бы вечером все еще было отлично, а поутру, едва втянув носом первые нотки запаха готовящейся яичницы по пути в кухню, я бросилась в ванную.

— Свет, тебе плохо? — с беспокойством в голосе спросил Макс из-за двери.

— Нормально, — выдавила я. — Не входи.

Но он, конечно же, вошел. И застал меня на коленях в обнимку с белым конем.

— Ма-а-акс…

— Тридцать три года уже Макс, — пробурчал он.

Помог мне встать с пола и усесться на стульчик, имеющийся в ванной комнате. Намочил полотенце, приложил ко лбу. Я захныкала от удовольствия, которое подарило прохладное прикосновение.

Протерев мне лоб и шею, Макс присел на корточки.

— Как ты? — спросил, нежно касаясь кончиками пальцев моего лица.

— Нормально, вроде бы, — медленно ответила, проверяя, не начинает ли тошнить снова.

Вроде не начало. Для профилактики я попросила Макса принести мне завтрак в спальню и чтоб вместо яичницы была овсянка. Ее я сумела одолеть без проблем.

— Я дома сегодня поработаю, — объявил Макс, когда я доела. — Днем прогуляемся.

Я уже открыла рот сказать, что мое состояние абсолютно нормально для первого триместра, но внезапно глаза наполнились слезами от того, как мило, что Макс готов отложить дела просто потому, что мне нехорошо.

— Свет, что?

— Это гормоны, — жалобно всхлипнула я, прижимаясь к его плечу.