Книга Он меня не отпустит, страница 39 – Надежда Борзакова

Я перевела взгляд на Степу. Тот выглядел абсолютно невозмутимым. Словно все так, как и надо. Как и должно быть.

— Обсуждайте что хотите. Только без меня, — услышала я собственный голос.

А потом, словно со стороны увидела, как выскакиваю из-за стола, пробегаю залу, прихожую, наскоро обуваюсь, хватаю куртку, сумку и вылетаю за дверь.

— Интересно, а если будет что-то не так с моим здоровьем, то все, мама запретит тебе жениться? А если после свадьбы у нас не будут получаться дети? Тогда что? Развод?

— Александра, истерику прекрати! — рявкнул Степа так, что у меня внутри все сжалось от страха.

Мы стояли в кухне его квартиры. В спальне были разбросаны вещи, которые, приехавшая сюда первой я, начала лихорадочно собирать. За этим занятием меня и застал Степа.

— Заткнулась и послушала сейчас меня, — Степа навис надо мной и я невольно вся сжалась, втягивая голову в плечи, такая агрессия и угроза от него исходили. — Мы на то и собрались этим вечером, чтоб обсудить пункты контракта. Как взрослые деловые люди…

Ага. Конечно. Только ты забыл мне сообщить зачем мы едем “к маме на ужин”. И вообще ни слова никогда не говорил, что у нас будет какой-то контракт. А тем более, что в него будут включены какие-то медицинские обследования. Не то что бы у меня имелись проблемы со здоровьем, либо секреты, но отчитываться в столь личных моментах чуть ли не под присягой. Дальше что?

Но все эти слова застряли в горле. А запал угас. Все потому, что я впервые почувствовала, что по-настоящему испугалась Степу. До дрожи во всем теле, до паники, затмевающей рассудок.

— … насчет всех этих медицинских справок мама перегнула палку. И, если бы ты не выскакивала из-за стола, как подросток, то узнала бы, что я вычеркнул этот пункт из контракта.

Отлично. Просто замечательно. Как это мило с твоей стороны попросить свою обожаемую мамочку не относиться к твоей невесте как к племенной кобылке, которую выбирают на ярмарке.

— Что молчишь, Саша? Стыдно? И мне, знаешь ли, стыдно за тебя. Перед мамой и перед Виктором Петровичем.

Это значит мне должно быть стыдно?!

— Я хочу отсюда уехать, — выпалила я. — Хочу побыть одна и подумать, нужно ли мне вообще…

— Ах, вот как? — рявкнул он. — Подумать тебе надо, да? Интересно, с чего вдруг возникли сомнения в том, нужно ли тебе “это”? Не из-за Демида ли Власова?

Вспомнилось то утро и тот поцелуй. И мои ощущения. И эмоции. И сомнения, да. Вспомнилось все то, о чем я запрещала себе вспоминать, за что было до ужаса стыдно.

— Ну? — Степа схватил меня за предплечье и дернул. — Отвечай!

— Отпусти меня! Мне больно, — пролепетала я.

— Больно тебе, да? — брызжа слюной, рявкнул мне в лицо. — А мне как, нормально, слышать, что моя любимая женщина хочет от меня уйти?! Не больно?

У меня из глаз сами собой брызнули слезы. От страха, от обиды….

— Дело в нем? В этом ублюдке? Отвечай!

— Причем тут он? Причем, скажи мне? Это из-за него ты не сказал мне про контракт? Знал же, зачем мы едем к твоей маме! Почему не сказал? — прорыдала я.

Хватка на моем предплечье ослабла.

— Что ты придолбалась к этому контракту, Саша? — с укоризной, но уже более спокойным тоном, сказал Степа. — Мы в двадцать первом веке живем, в правовом государстве. Сам брак это такой же контракт между людьми, но он почему-то обидок не вызывает, даже наоборот. Напомнить, что ты до помолвки не хотела съезжаться?