Книга Любить тебя, страница 91 – Надежда Борзакова

— Лерчик, иди, ладно? - как можно более бодро улыбнулась я. – Вся эта бумажная волокита часами может длиться.

— Ладно, - она поцеловала меня в щеку и, смерив мужчину неприязненным взглядом, вышла.

— Здравствуй, Рузаев. Поздравляю с тем, что ты еще жив.

— Нин, подпиши бумаги, - не обременяя себя приветствием, проговорил капитан, глядя сквозь меня. Достал из папки несколько распечатанных листков.

— А что это? – максимально удивленно спросила, насмешливо взглянув на него.

— Твои показания, - был невозмутимый ответ.

— Ну так, дай сперва ознакомлюсь.

Он подал мне листки и ручку, и я принялась медленно читать текст. На что-то рассчитывала? Например, что если капельку потянуть время, то Андрей непременно появится именно сейчас, как в каком-то боевике? Отнюдь.

— Это не мои показания. - выпустила из рук листки, и они рассыпались по полу.

Рузаев медленно нагнулся и принялся собирать их.

— Если хочешь, присаживайся, бери листок и ручку и пиши с моих слов, - сказала со сладкой, елейной улыбочкой, которая на моем бледном лице скорее всего выглядела зловеще.

— Начать можем с того похищения... Ой, а ведь свое дело же вести нельзя, да? Хотя, вам можно все.

И это не была попытка надышаться перед смертью. Так, глупое желание постебать человека Ильи, не более.

— Нин, не подпишешь, я ничем не смогу…

— А так старался, бедный, даже карьерой рисковал. Пошел вон! - прошипела, устремив взгляд в его лицо.

Ничего на это не сказав, мужчина вышел. А я снова вздохнула поглубже и зажмурилась. Но, вот беда, болело-то уже меньше. Мне же повезло серьезно не пострадать. Да и лечили меня усердно.

Сползла с кровати, практически выпрямилась. Схватилась за стену, переждать головокружение. А потом медленно пошла по стеночке вперед. До следующего угла, потом до холодильника, до двери в ванную. По камерам явно нездорово выглядело, ну и пусть. Мне ж теперь прямая дорога в психушку.

Я одернула себя. Андрей такого не допустит. Он придет за мной. Успеет спасти. Однажды уже успел.

После третьего круга по палате, я устала так, что никакие нервы не помешали вырубиться, едва коснувшись головой к подушке.

Разбудили меня голоса и шаги. В палату вихрем влетел Рузаев и еще двое силовиков. Конечно, учитывая, что он еще не очень уверенно держался на ногах, «вихрем влетел» - это сильно сказано. Но впечатление создалось именно такое.

— Аксенова Нина Сергеевна, вы арестованы по обвинению в соучастии преступной деятельности Титова Андрея Тимуровича. До окончания реабилитации вы пробудете в клинике под охраной, потом будете переведены в следственный изолятор службы безопасности. Вы имеете право на адвоката, если не можете его себе позволить, вам его предоставят.

— Рузаев, что за фокусы?

— Против вас всплыли неопровержимые доказательства.

— Угу. А чего ты приполз, а не сам Верчич? Застрелился от стыда?

— Нет. Минувшей ночью полковник Верчич был убит. Уточнять виновника, нужно?

Сердце ударилось о ребра и замерло.

— А…

— Задержать его нам пока не удалось.

Наверное, я была первым человеком без справки из психушки, который радостно улыбался, когда силовики его пристегивали наручниками к койке.

Глава 62

Илья Верчич мертв. Его больше нет. Он никогда не сможет навредить ни Андрею, ни мне. Я больше никогда не увижу и не услышу этого мерзавца. Никогда! А Андрей, сумев добраться до него, смог и ускользнуть. Целым и невредимым. Это грело душу, помогало ждать, когда придумает, как меня вытащить.