Книга Там, где ты, страница 36 – Надежда Борзакова

Я не сомневалась – если доведется сообщить об этом, а я поклялась себе найти такую возможность, моя семья поймет меня. Еще оставались прозаические вещи: я понимала, что проживу остаток жизни в, мягко говоря, довольно сложном мире. Я буду лишена многих привычных и более или менее необходимых вещей вроде электричества, горячей воды, удобств и прочего-прочего, что можно перечислять бесконечно. И я понимала, что смогу привыкнуть. Кое к чему уже привыкла, ко многому даже. Но за одним огромным исключением – никогда я не смирюсь с тем, что моя судьба в чужих руках. Причем не тех, кому я желала ее доверить.

Из конференц-зала, как про себя я называла залу, где Крепимир принимал посетителей, доносились раскаты грома. Иначе охарактеризовать эти звуки я просто не могла. Уже минут сорок они что-то обсуждают. И я прекрасно знала, что именно.

— Он не даст добро, — словно в подтверждение тихо сказала Вера, нарезая овощи.

— Но почему? – даже не пытаясь скрывать то, что понимаю, о чем она говорит, спросила я.

— Потому, девица, что приглянулась ты Захару, — понизив голос, пояснила женщина.

Я не стала продолжать. Не возразила о том, как важен «институт брака», о том, что Глава не может оправдывать безнравственность – не сказала ни слова вранья, принятого, вероятно, в подобном случае. Просто отложила куриную тушку, которую ощипывала и, вытерев руки, направилась к выходу.

— Куда ты, дитя? – обеспокоенно спросила Вера.

— Озвучить свои причины.

Не дожидаясь ответа, я вышла из кухни. Подойдя к закрытым дверям залы, уже собиралась постучать….

— …. Если так я не присягну тебе на верность вновь, — прорычал Стас.

— Неужто? – насмешливо протянул Захар.

— Извините, — двери за мной грохнули, словно создавая фон моему внезапному появлению.

В зале повисла тишина – тяжелая, будто звенящая от напряжения. Все трое уставились на меня. Удивление смешалось на каждом из лиц с разными чувствами.

— Да как ты смеешь нам мешать? – прогремел Захар.

— Глава, — проигнорировав его, тихо сказала я, — простите мне мою бесцеремонность. Я бесконечно благодарна вам за кров, еду и защиту, которою вы дали мне по своему благородству и доброте. И никогда я не посмела бы ослушаться вас….

— Одурела что ли….

— Не смей так говорить с ней или…., — Стас с вполне очевидными намерениями ухватился за рукоять висящего на поясе меча. Мне ничего не оставалось, кроме как буквально обнять его за плечи.

— Довольно! – прогремел Крепимир.

— Я прошу, дайте мне закончить, — поймав взгляд Главы, проговорила я.

— Что ж, говори, — в голосе Крепимира ощущалось замешательство.

Стас не отступил ни на шаг, став так, чтоб оказаться хоть наполовину между мной и остальными. Незаметно я взяла его за руку. Та была ледяной.

— Я не посмела бы пойти против вашей воли, Крепимир, — хрипло продолжила я, — Если бы подчиниться не означало пойти против воли моего отца. А он сказал, что отдаст мою руку лишь тому, кого пожелает мое сердце.

Крепимир смотрел на меня. Я не могла понять по выражению лица, о чем он думает, но знала — пожелай он прочесть в моих глазах вранье, не сможет, ведь я не лгу. Конечно же, Олег сказал не так. Мы ужинали тогда в зале. Ели пиццу, запивая вином потому, что во всей квартире шел ремонт и готовить было просто негде, а мы так устали, что о ресторане речи не шло.