Книга Несносный босс, страница 74 – Надежда Борзакова

Вдоволь насладившись завтраком, я немного погуляла по территории жилищного комплекса. Запоминала что тут есть и где находится. А, увидев, стильную вывеску салона красоты сделала то, чего никогда раньше не делала — записалась на стрижку и укладку в незнакомом месте и у незнакомого мастера не прочитав предварительно отзывы в Интернете, просто потому, что понравился внешний вид и интерьер салона. Да еще и учитывая, что должна довольно много Ленке. Да, она дала мне денег на два месяца аренды — первый и месяц выезда — безвозмездно, но я, конечно же, собиралась ей их вернуть. Еще я должна была кинуть на карту хотя бы какую-то сумму в счет долга, взятого на покупку камеры для Стеф. Но все это меня не остановило. В конце-концов, скоро зарплата. Ем я мало, на работу буду ходить пешком, так что ничего — справлюсь.

До записи к мастеру оставалось еще несколько часов, потому я вернулась в квартиру и взялась за готовку. Поставила мясо тушиться в духовку, сварила картошки и сделала пюре. Порция получилась просто гигантская для одного человека — чтоб съесть до того, как испортится, нужно питаться одним только пюре с мясом дня три. Я же привыкла готовить на двоих… Снова стало грустно, но я не позволила себе погрузиться в это состояние.

Предатель не стоит того, чтоб лить по нему слезы. И точка.

В салоне мне немного изменили форму прически и постригли челку-шторку, а потом битых два часа что-то наносили, прогревали феном и смывали, а потом снова наносили. Еще минут сорок колдовали феном и щеткой и в результате получилась нереально объемная и стильная укладка, которая пережила ночной сон сохранив практически первозданный вид.

Отбросив тоскливое чувство, возникшее от пробуждения в пустой квартире, погруженной в тишину, я приняла душ, съела тарелку овсянки и, надев облегающий джемпер в рубчик цвета индиго, открывающий ключицы и черную юбку из экокожи, подкрасила брови и ресницы, обула лоферы и, накинув тренч, вышла из дому. Мелькнула мысль — надо бы на ламинирование бровей записаться. Ведь теперь запрещать это делать некому. А еще некому ругать за крупные покупки, не давая при этом на них денег. И просить деньги на тачку тоже — некому.

Все же интересно, к чему был этот цирк с ревностью, “любовью” к моей натуральности и зачем вообще Диме было нужно продолжать наши отношения, если уже имелась другая? Мы не женаты, общей собственности, которую нужно будет делить при разводе нет… Не то чтобы я жаждала увидеться с ним и задать все эти вопросы или хотя бы потребовать вернуть деньги, которые дала на машину. Упаси боже! Пусть подавиться.

Купив себе по дороге латте, медленно шла по залитой солнцем улице, рассматривая ее и наслаждаясь отсутствием необходимости толкаться в метро в час пик. До офиса добралась аж за полчаса до начала рабочего дня потому, что вышла с запасом времени. Но, как оказалось, я не первая прибыла на работу в этот понедельник. На первом этаже бизнес-центра возле кофейни уже стоял Тарновский и о чем-то мило болтал с Жанной. Та пребывала в полуметре от него, выпятив свою твердую троечку, наполовину упакованную в облегающий джемпер с у-образным вырезом и улыбалась на все свои тридцать два зуба, хлопая ресницами. Тарновский не улыбался, но смотрел на нее, а не в сторону, это точно.