Онлайн книга «Лепестки на волнах»
|
— Наслышан, наслышан… Добро пожаловать, донья Беатрис, – наместник изобразил подобие улыбки, затем обратился к дону Мигелю: – Признаться, вам удалось удивить меня, сеньор адмирал. Хотя теперь, увидев донью Беатрис, я лучше понимаю вас… — Никто не ведает, какой путь уготовил для него Господь, – сдержанно ответил де Эспиноса. — Воистину так, – согласился де Ованда, а доминиканец осенил себя крестным знамением. – И его величество дал свое разрешение на ваш брак, хотя, как мы знаем, это случилось уже после… — Терпение его величества воистину безмерно, если он продолжает одаривать милостями подданного, который не однажды действовал наперекор воле Королевского совета, – не скрывая враждебности проговорил дон Алонсо. – Более того – в своем своеволии и прикрываясь благими целями борьбы с пиратами, заходил так далеко, что сам уподобился… – он перехватил ставший цепким взгляд де Ованды, и осекся. — Дон Алонсо, не соизволите ли вы закончить вашу мысль, – с глухой угрозой в голосе сказал дон Мигель. Кое-кто из приглашенных начал оборачиваться и вытягивать шею в надежде не пропустить ни слова. — Сеньоры, сеньоры! – махнул рукой де Ованда. – Сейчас не время говорить о… разногласиях. Взгляните, сеньоре де Эспиноса скучно. Прошу вас, – и он приглашающе указал на свободные места за столом рядом со священником. Слуга отодвинул стул Беатрис, и под взглядами доброй половины гостей она села, не зная, куда деваться от неловкости. Но гораздо сильнее ее беспокоили слова этого дона Алонсо и назревающая ссора. Она догадывалась, что неприязнь между ним и доном Мигелем возникла не вчера. Но до сих пор ей не доводилось задумываться, есть у ее мужа враги… Слуги внесли первую перемену блюд – жаренное на вертеле мясо дикого быка. Одичавшие потомки животных, привезенные первыми европейцами, все еще в изобилии встречались в предгорьях Кордильера-Сентраль. В зале началось оживление, внимание приглашенных переключилось на еду. Перед Беатрис поставили блюдо с куском истекающего соком и жиром мяса. Она взяла вилку и тут же отложила ее в сторону: к горлу внезапно подкатила дурнота. «Мне следует научиться лучше держать себя в руках…», – подумала Беатрис, украдкой поглядывая на непроницаемое лицо мужа. Как будто только что не был брошен оскорбительный намек! Дон Алонсо не договорил… В чем можно обвинить адмирала де Эспиносу? В бесчестье? Но разве сам король не удостаивает его своим доверием? И отец непременно знал бы о таком… Вот только та история с женщиной, благодаря чему дон Мигель и оказался в Ла-Романе… Беатрис инстинктивно чувствовала присутствие мрачной тайны, но с другой стороны – а кто сказал, что там кроется нечто, пятнающее его честь? «Мне просто не хочется докапываться до истины – сейчас, когда я только познала вкус счастья…» – призналась она себе. – «Ну и что в этом такого? Он мой муж и я люблю его…» Тошнота прошла так же внезапно, и вместе с ней улеглась тревога, а приправленное острыми специями мясо оказалось необычайно вкусно. Затем последовала вторая перемена блюд, и Беатрис воздала должное искусству поваров де Ованды. К концу ужина хорошее настроение вернулось к ней. Музыка заиграла громче, гости понемногу разбредались по залам дворца. Де Ованда, вставая, вдруг обратился к Беатрис: |