Книга Друг отца. Под кожей греха, страница 62 – Anna

Я замер, боясь пошевелиться и разбудить её.

Никогда бы не подумал, что всё-таки созрею для серьёзных отношений. Если бы ещё месяц назад кто-нибудь сказал, что я буду лежать вот так — слушать её ровное дыхание у своего плеча и ловить от этого удовольствие, — я бы рассмеялся ему прямо в лицо.

Но всё изменилось.

Через некоторое время я осторожно высвободился из объятий. Нехотя поднялся, аккуратно поправил одеяло и убрал прядь волос с её щеки. Анастейша не проснулась — только тихо вздохнула во сне, едва заметно шевельнув губами.

Чёрт. Почему так сложно оставить её одну? Не хочу уходить… но нужно.

Я постоял ещё мгновение, не в силах оторвать взгляд. Спокойная. Милая. До безумия красивая.

Вышел из комнаты, прикрыв дверь почти беззвучно.

Коридор встретил холодным полумраком и тем мерзким ощущением, будто меня резко вернули обратно в реальность.

С ней — хорошо.

Слишком хорошо.

А вот осознание того, во что я вляпался, — нихрена не радует.

В своей спальне не стал включать свет. Рухнул на кровать, уставился в потолок и упрямо пытался не думать. Не вышло.

Вопросы Анастейши били точно в цель. Они были правильными. Но отвечать на них было чертовски сложно.

Мне плевать на слухи в компании. На чужое мнение я давно перестал реагировать.

Но есть один человек, которого не хотел подводить. Никогда. Единственный, перед которым не хотел бы облажаться.

Стивен.

Вот где начинается настоящий ад.

Он отправил дочь в Нью-Йорк с мыслью, что я за ней присмотрю.

Ага. Блядь. Присмотрел.

Чёрт возьми.

Если бы кто-то так «присмотрел» за моей дочерью, — я бы уже решал, где закапывать тело. И, зная Стивена, его реакция будет примерно такой же.

«Друг».

Охуенное слово. Особенно когда ты лезешь к его дочери и рушишь всё, что между вами было.

А ведь я уже однажды его подвёл. По-крупному. И сейчас, похоже, решил добить окончательно. Потому что Анастейша — самое важное, что у него есть. Я посягнул на единственное, что для него действительно свято.

Как это вообще сказать? Как преподнести?

«Привет, дружище. Помнишь, ты просил меня быть взрослым и ответственным?

Ну так вот… теперь мы с твоей дочерью вместе. Не благодари».

Он меня убьёт.

Да. Точно.

И, если честно, я это заслужил.

Вот только дело уже не во мне. А в ней. В том, что будет с Анастейшей, если Стив поставит ультиматум. Если заставит выбирать. Если сломает её этим выбором.

Я сжал челюсть.

— Что ж я за идиот…

Отличная работа, Адриан. Потеряешь друга. И одновременно — единственную женщину, ради которой действительно готов на всё.

— Эй, Всевышний, — глухо бросил в темноту. — Это ты так решил меня наказать за прошлые грехи?

—— ✤ ——

Белый свет бьёт в глаза — режет, как лампа в пустом больничном коридоре поздно ночью.

Узкая кухня с низким потолком кажется теснее, чем есть на самом деле.

Зои стоит ко мне спиной, уставившись в окно на серый двор. В стекле отражается её лицо — ухоженное, красивое и злое. Губы сжаты в тонкую линию. Между дрожащими пальцами зажата сигарета; пепел падает мимо, но ей всё равно.

— Ты правда думаешь, что всё так просто? — бросает она, не оборачиваясь.

— Прекрати. То, как ты поступаешь со Стивом, — подло и мерзко, — отвечаю я. — И потуши, мать твою, сигарету. Здесь ребёнок.

Зои усмехается и, поднеся сигарету к губам, делает очередную затяжку, выдыхая густое облако ядовитого дыма.