Книга Диагноз: Раздевайся, Даша!, страница 28 – Харли Напьер

— Назар, мне нужно переодеться! – возмутилась я, но он пер как паровоз, в сторону выхода, неся меня на руках.

— Зачем? С катка на бал, зато сразу будет понятно, кто моя женщина, – дурачился он.

— Чего же халат переодел? Прекрасная вышла бы пара. Фигуристка и врач, – хохотала я.

— Идеальная, –покивал Назар. – Реабилитолог и его постоянная пациентка.

Так шутя и смеясь, он нес меня в сторону раздевалок, а я была влюблена и счастлива.

Назар

Я обнял Дашу за талию, притягивая ближе к себе, чувствуя, как она ощутимо нервничает. Несмотря на ее возмущение и желание заехать домой, чтобы переодеться, я настоял на том, чтобы она ехала в том, в чем была на тренировке.

В обтягивающих брючках, кожаной курточке, с тугой шишкой на голове, она смотрелась такой трогательной и нежной. Не видел смысла прихорашиваться и пытаться произвести впечатление на моих родителей.

Я хотел, чтобы она была самой собой. Пусть принимают ее такой, какая она есть. В конце концов, мы приехали не на смотрины, для себя я все решил, и отцу с матерью придется принять мой выбор. Нравилось им это или нет.

Внутри меня плескалась гордость за свою женщину, пока мы шли к дому родителей. Спортсменка, красавица и умница.

Даша не была размалеванной дурой, думающей о шмотках и брендах. Она цельная личность с характером и принципами. Именно такую женщину я и хотел видеть рядом с собой.

Мне было все равно из какой она семьи и сколько у них денег. Я выбирал себе спутницу жизни, а не выгодный контракт.

Влажный асфальт под нашими ногами блестел, словно покрытый лаком. В воздухе насыщенно пахло озоном и пробуждением природы. Даша с любопытством осматривалась, на лице ее отразилось неподдельное восхищение домом и идеальным газоном.

— Все же ты засранец, Назар, – с возмущением произнесла она, надув свои пухлые и манящие для поцелуя губы. – Я чувствую себя пугалом. Могли бы и заехать ко мне...

— Я считаю, что ты прекрасна, – отозвался с невозмутимым видом. – Или тебе важно еще чье-то мнение?

— Но это же твои родители, – стояла она упрямо на своем. – Мне хочется им понравиться.

— Брось эту глупость, – отмахнулся от ее переживаний.

Хоть я и старался придать своему голосу беспечности, в душе все равно переживал. Зная характер отца, меньше всего я хотел, чтобы он обидел Дашу.

Папа, конечно, обещал мне идеальное поведение и объяснял свой интерес к моей личной жизнь простым родительским любопытством. Однако, я слишком хорошо знал его натуру. Поэтому был на чеку и готовился к обороне и конфликту. Ни при каких условиях не позволил бы им обидеть или унизить свою женщину.

Из просторного коридора было видно, что в столовой накрыли стол, его полированная поверхность была заставлена разномастными блюдами. А мерцающий свет дюжины свечей отбрасывал причудливые тени на белоснежную скатерть и фарфоровые тарелки цвета слоновой кости. Слышались приглушенные голоса мамы и отца.

— Трусишь? – спросил с улыбкой, помогая Даше снять свою куртку.

Она осмотрела себя в зеркало и неуверенным движением поправила кофту.

— Не то слово, – натянуто улыбнулась она.

Приблизившись, обнял ее, стараясь успокоить и приободрить.

— Я рядом. Все будет хорошо, – прошептал ей на ухо и взяв за руку, повел в комнату.

Стоило нам переступить порог, и я сразу же напрягся. Мои родители сидели за столом, на их лицах, будто застыли наигранные улыбки.