Книга Измена. Любить нельзя забыть, страница 81 – Полина Ордо

— Ты наса мама?

Меня как ножом полоснули. Глаза тут же оказались на мокром месте. Я попыталась улыбнуться, но у меня не вышло:

— Нет, я не ваша мама.

— А жаль, мы на вас немного похожи, — мальчишка усмехнулся и вернул шлем. — Спасибо, дядя Руслан. Ладно, Маш, пойдем. Скоро ведь урок начнется. Что мы сегодня печь будем?

— Не знаю, это у вот у моей знакомой спросить надо.

— Лимонный бисквит, — я сморгнула слезы и смогла выдавить из себя улыбку. — Со сливками. Будет очень вкусно!

Макар взял свою сестру за руку и с трудом заставил ее отлепиться от меня, чтобы затем снова наперегонки побежать в сторону нужного кабинета. Я остановилась и дождалась, пока они скроются за дверью.

— Мама? Почему мама?

— Прости, наверное, это было нечестно по отношению к тебе… Но я подумал, что ты-то как никто лучше знаешь таких ребят. Они детдомовские. Это называется программой социализации. Их водят по разным местам, почта или магазин, показывают им обычные вещи. Для нас обычные, а о них многие из таких детей и не знают, — Руслан выдохнул и встал прямо передо мной. Он внимательно разглядывал меня, а я никак не могла поднять голову. — В центре долго искали кого-то, кто помог бы с готовой. Ну, в том плане, что познакомил бы со всем. У них тут, считай, оборудованная кухня, вот там и проводим мастер-классы. Для совсем маленьких что-то забавное, а взрослых уже привлекаем непосредственно к самой готовке. Чтобы после выпуска они сами умели готовить. Никогда не забуду, как учил четырнадцатилетнего лба с прокуренным голосом жарить яичницу. Он даже этого не знал.

Я зажмурилась. Мне очень сильно хотелось плакать. Руслан словно понял это и вдруг обнял меня, крепко. Я стиснула его в ответ и протяжно выдохнула.

— Прости, наверное, я ошибся. Не стоило тебе предлагать.

— Нет, все хорошо, — я шмыгнула носом и приняла неизбежное. — Мне это нужно, правда. Я, если честно, уже немного смирилась, что не стану матерью. Не всем дано… Таким детям и правда нужна поддержка и помощь. Я до сих пор иногда ловлю себя на мысли, что мне не хватает мамы и папы, не хватает кого-то рядом.

— Вот и я искал повод выплеснуть свои чувства. Потом к ним привыкаешь, и они к тебе. Сложнее не привязаться к ним по-отечески, поэтому прошу, чтобы почаще меняли детей и… вот почему я стал просить и других о помощи. Как объяснить самому себе, что не можешь помочь им всем.

Я кивнула. Странно, что не задумывалась об этом раньше. Наверное, зря я смирилась раньше времени.

— Послушай, а ты… ну, никогда не хотел кого-нибудь забрать по-настоящему?

— Шутишь что ли? — Руслан довольно рассмеялся и привычно взъерошил мне волосы на макушке. — Да у меня список целый. Только кто же мне даст это сделать? Тут попробуй объяснить, что просто с детьми интересно общаться, тут же в уродов запишут. А они правда забавные. Ну, так что? Идем?

— Идем. Только не уходи далеко, иначе я точно позорным образом разревусь. Дети — моя больная тема.

— Думаю, пара таких встреч, и ты будешь думать иначе, — Руслан поцеловал меня в щеку. — Или не захочешь вовсе детей. Тут возможны оба варианта!

Я так переволновалась, что у меня все из рук валилось. И я могла только бога благодарить, что сейчас не нужно готовить. В принципе, все прошло довольно быстро. Небольшой сбор, непринужденное общение, дегустация. Может, я бы и была расслабленной, да вечно мелькающий Игорь не давал мне покоя. Так и не поняла, зачем ему конкурс кондитеров и чего он там хотел добиться? Лишней славы?