Книга Варвара Смородина против зомби, страница 84 – Георгий Ланской

— Провожу, – нерешительно пообещал он. – Если, конечно, тебя из дома выпустят.

— Почему меня не должны выпускать из дома? – удивилась я.

Вася вздохнул и вдруг бросился бежать. У калитки он остановился и крикнул:

— Прости!

Я не успела отреагировать, как его вихрастая макушка скрылась за кустами. Неприятное, будто скользкая жаба, ощущение шевельнулось в моем желудке. Охваченная недобрыми предчувствиями, я вошла в дом и на кухне наткнулась на засаду в лице отца, дедушки и участкового Пряникова. Они перестали пить чай и недобро посмотрели мне в глаза.

— Присядь, Варвара, – строго сказал дедушка. – Настало время поговорить о твоем поведении.

Если взрослые хотят поговорить о твоем поведении, это значит, тебя как минимум оставят без сладкого, лишат карманных денег, отнимут компьютер и запретят смотреть мультфильмы. Независимо от степени вины. Взрослые – странные создания. Почему-то считается, что ребенка нужно наказать для профилактики, даже если он не виноват. И тем более наказать, если ребенок виноват. При этом никто не интересуется причинами поступков. По мне, это такая же глупость, как очеловечивание собаки или кошки. Люди разговаривают с псом или котом, полагая, что все сказанное животному будет им понято, а когда тот нашкодит, устраивают скандал, начинающийся с вопля:

— Ты что, не слышал? Я же говорил тебе – нельзя!

Уверяю вас, для большинства животных ваше «нельзя» – набор звуков. Если вы повторяете его достаточно часто, пес может запомнить, но никто не гарантирует, что, воспользовавшись моментом, он не стащит со стола курицу. Кот и вовсе проигнорирует. А что вы им сделаете? Ну побьете. И все. Завтра они об этом забудут. С детьми история похожая. И главное в ней – вовремя вызвать к себе жалость или умиление. Заплакать, например. Это почти всегда срабатывает. Или, наоборот, мило улыбнуться. Это срабатывает тем реже, чем вы старше. Есть еще один способ: ледяное презрительное молчание заставляет родителей рано или поздно испытать чувство вины. Данный способ действенный, но сложный в исполнении, поскольку для этого нужно несколько дней не есть, не смотреть телевизор, не развлекаться, а молча сидеть в углу, повернувшись спиной к миру и демонстрируя депрессию. Я одинаково хорошо владела всеми способами и теперь, не чувствуя вины, размышляла, какой лучше применить.

Под напряженными взглядами мужчин я села, прижавшись к спинке стула, чинно сложила руки на коленях и молча ждала, пока мне прояснят ситуацию. Или зачитают обвинение.

— Варя, где ты была? – спросил отец.

Если вы начинаете врать, врите последовательно, отходя от первоначальной версии шаг за шагом в том случае, если вас загоняют в угол, потому что хорошо продуманное вранье – уже легенда. Лично я врала виртуозно, почти не попадаясь. Главное – не болтать лишнего, иначе запутаетесь.

— Я ходила помочь Васе на огороде, – не задумываясь, ответила я.

— Тогда почему тебя у нас не было? – излишне строго осведомился Пряников, забывая, что я не его дочь, и таким тоном он может разговаривать с заключенными в тюрьме.

— Наверное, потому, что я не совсем точно помнила, где вы живете, и не нашла дом, – любезно ответила я, решив не добавлять, что пила чай у Элеоноры, до того момента, пока меня об этом не спросят прямо. – Когда я поняла, что заблудилась и устала, повернула назад.