Книга Отморозок 10, страница 111 – Андрей Поповский

— Работай, — сказал он спокойно.

Кооператор кивнул. Руки уже не дрожали. Покупатели пошли плотнее. Уже без оглядки. А через пару рядов кто-то тихо сказал:

— Видал? Эти сами пришли…

— Видал.

— Значит, все. Другие тут теперь.

Ответа не последовало. И так все было понятно.

* * *

Я до сих пор не знаю, состоялась ли моя встреча на пляже с Сергеем на самом деле, или это только плод воображения. Когда я опомнился и попытался его догнать, Сергея уже нигде не было. Еще почти неделю я каждое утро сидел в ожидании на том же месте, так же входя в транс и надеясь на появление Учителя. Мне нужно было задать ему еще столько вопросов… Но все мои вопросы так и остались без ответа. Сергей больше не появился.

Наверное, так было нужно. Подсказка появляется тогда, когда ты готов ее понять, иначе она будет бесполезна. Значит, на данный момент, я получил все к чему готов, и пока не проработаю этот урок, нет смысла давать что-то еще. Наш разговор не стал яркой вспышкой, которая перевернула и поменяла все. Он не открыл мне великой истины и не принес очищения и облегчения.

Слова Сергея о том, что жизнь — это не испытание, и не экзамен, а дар, крепко засели у меня внутри. Значит, то произошло со мной и теми, кого я любил — это дар? А что же тогда наказание? А с другой стороны, если бы не этот дар второй жизни, я бы никогда не узнал ни Марину ни Паулину. Они, яркими и быстрыми кометами, пронеслись по моей жизни, оставив на память радость встречи, счастье узнавания и горечь потери. Каждая из этих встреч, стала самой жизнью в миниатюре: рождение-развитие-уход. Это были короткие кусочки жизни, но настолько яркие, что теперь мне кажется, что на самом деле, с каждой из этих чудесных женщин я прожил большую и длинную жизнь.

Может и правда, принять то, что мне выпало как дар получить и прочувствовать то, чего у меня не было в моей прошлой жизни Сереги Королева. Марина, Паулина…. Вика. Мне бесконечно повезло встретить этих женщин и обратить на себя их внимание. Первые две ушли навсегда… Вику я оттолкнул сам. И до сих пор считаю, что поступил правильно, прежде всего по отношению к самой Вике. Как, интересно, она пережила наше расставание и мои последние слова? Понимаю, что нанес ей удар, а с другой стороны, ну как можно было поступить иначе.

Я явно почувствовал, что уже хватит прятаться от жизни и от близких мне людей. Это не значит, что мне сразу нужно свалится им как снег на голову — «Здрастье, я приехал». Нужно появиться тенью издалека и понять, а нужен ли я им, и нужны ли они мне. После всего случившегося за последние три года, мне нужно найти новую точку опоры, вокруг которой собрать заново свою жизнь.

Сергей прав, месть не дает точку опоры, она связывает тебя с предметом мести, а потом, когда ты ее доводишь до конца, на месте этой насильно оборванной связи образуется пустота. Убив дона Альберто, я не победил картель, а только ответил ударом на удар, но от этого глобально ничего не изменилось. Тот, кто пришел на его место будет вести себя точно также, а может даже хуже. Тратить дар жизни на месть и наказание тех, кто как мне кажется, заслуживает этого наказания, правильно ли это? Может попробовать просто жить, и не тянуть в новую жизнь старые долги?

Ну убью я гниду Потапова, разве это сделает жизнь лучше и чище? Таких как он легион. Так что же, всех их тоже нужно уничтожить? А кто я такой, чтобы их судить и уничтожать? Какое у меня на это право? Не стану ли я тогда чем-то еще более худшим, чем даже они? Ведь сама жизнь решала и решает вопросы с такими людьми. Мне кажется справедливым покарать Потапова, но это лично мое понятие справедливости, а ведь он может являться чьим-то сыном, мужем, отцом и у этих людей свое понятие справедливости. Будет ли правильно считать, что моя справедливость самая истинная… вот то-то и оно.