Книга Отморозок 11, страница 50 – Андрей Поповский

— А если не появится? — осторожно интересуется Гоча.

— Думаешь, он бросит все свое имущество и пойдет по миру? — Поднимает одну бровь Гурам.

— Ну, как вариант — кивает Гоча.

— Тогда я тоже не в проигрыше — улыбается Гурам — он поднял руку на моего племянника, а я сжег его кафе и заставил сбежать. Никто не скажет, что Гурам не ответил.

* * *

Сижу в старенькой тонированной «шестерке», купленной на автомобильном рынке Новороссийска, как обычно по доверенности, неподалеку от шикарного дома Гурама, обнесенного высоким каменным забором. На мне солнцезащитные очки, кепка с длинным козырьком. Даже если бы кто-то из тех, кто меня знает, сейчас заглянул в машину, то вряд ли в седеющем мужике, чуть старше сорока, он опознал бы молодого и подтянутого Юру — кооператора.

Еще раз мысленно благодарю Элвиса и его науку. Приспособы для нанесения грима, комплект красок и прочее, для меня с тех пор необходимая часть моих ухоронок, где бы я не находился.

Еще вчера вечером Ваня мне дал предварительный расклад по Гураму. Более подробный будет потом, но и того, что есть достаточно, чтобы понять масштаб. Оказывается, Гурам — смотрящий по Геленджику и весьма авторитетная личность. Что, впрочем, и так было понятно, из того, как он держался в кафе. С таким конфликтовать весьма опасно. Теперь, мне известно, где он живет, где живут его ближайшие родственники, где точки, с которых он кормится, а их немало. Мне известен состав его семьи. Я даже знаю, где живет его любовница.

Можно было бы, конечно, просто уйти в Москву и со временем, потихоньку слить свой дом через посредников, а потом, и то, что осталось от моего кафе. И наверное, это было бы самым правильным решением. Потеря части денег или имущества, не стоит лишнего риска, тем более, в предстоящие годы. Зная конъюнктуру, мы с Иваном легко можем заработать столько, что это кафе и дом покажутся жалкой мелочью. Но что-то глубоко внутри, не дает мне это так просто оставить. Как там говорил Сергей, в том нашем разговоре на берегу. «Если убрать месть, то что тебе останется?»

На мой взгляд, то, что я хочу сделать, это не месть, а воздаяние. Око за око — не самый плохой закон, придуманный очень давно, чтобы страх последствий, был сдерживающим фактором в отношениях между людьми.

Гурам, пользуясь своим весом, который неизмеримо больше моего, легко мог раздавить кооператора Юрия, у которого были дом, кафе, и прочее. Наши привязанности всегда делают нас слабыми. Ими нас можно шантажировать, давить и добиваться покорности.

Лишив меня кафе, по большому счету, Гурам оказал мне услугу. В последние три года, я сам себя посадил на привязь этой чертовой собственностью. А ведь впереди самые страшные десять-двенадцать лет, когда явное обладание чем-то ценным, автоматически делает тебя целью для желающих поживится за чужой счет.

Теперь я не кооператор Юрий, а тень Юрий. У тени нет ничего. Тень ни к чему не привязана. У нее нечего забрать. Ее нечем шантажировать. А у Гурама много чего есть. Он думает, что авторитет и его пристяжь смогут его защитить. Но не всегда много людей вокруг — это преимущество.

Почти любого человека можно достать, если хорошенько поразмыслить, как это сделать. Проще всего устранить. Для этого мне даже приближаться к нему не нужно. Благо, СВД с оптикой надежно припрятана в схроне. У меня вообще еще много чего из разного «железа» лежит в нескольких ухоронках. Эти годы, я как хомяк делал запасы в разных норках, в преддверии грядущих девяностых.