Книга Отморозок 11, страница 19 – Андрей Поповский

— Звонишь поблагодарить?

— И за этим тоже, — ответил Кормаков. — Помощь твоя очень вовремя пришлась. Особенно в первую ночь.

Потапов ничего не ответил.

— Володька у тебя молодец, — продолжил Кормаков. — Очень ценный кадр.

Егор Владимирович чуть прищурился.

— Он у меня толковый.

— Не просто толковый. — В голосе Кормакова впервые прозвучал настоящий интерес. — Спокойный. Организованный. И главное — не теряется, когда вокруг бардак начинается. Таких людей сейчас мало.

Потапов усмехнулся.

— Афган его хорошо выучил.

— Это видно.

Кормаков ненадолго замолчал.

— Его люди тоже нормально отработали. Если бы не они, у нас там могло все гораздо хуже пойти.

Потапов перевел взгляд на темное окно.

— Слышал, были какие-то проблемы?

— Были. — коротко ответил Кормаков. — Но твои парни вовремя их закрыли.

Несколько секунд оба молчали. Каждый прекрасно понимал, что речь идет не только о провокаторах или вооруженных идиотах. Наконец Кормаков снова заговорил:

— Борис Николаевич людей, которые были рядом в трудный момент, запоминает хорошо.

Потапов чуть усмехнулся.

— Надеюсь, память у него получше, чем у Мишки.

Кормаков негромко хохотнул.

— Сейчас многие резко память тренировать начали.

— Это точно.

На экране телевизора герой боевика кого-то бил прямо возле полицейской машины, но Потапову это было совсем не интересно. Он задумчиво смотрел в темное окно.

— Времена меняются, Егор Владимирович, — уже серьезно сказал Кормаков. — Скоро понадобятся надежные люди. Очень много надежных людей.

— Значит будет много работы.

— Будет, — подтвердил Кормаков. — И большая драка тоже будет. Страна сейчас как туша выброшенного на берег кита. Очень многие захотят урвать себе кусок…

Потапов медленно покрутил бокал в руке. Вот оно. Наконец прозвучало вслух то, о чем он сам думал последние месяцы. Старой системы больше нет. Внешне пока еще все по-прежнему. Еще работают министерства. Еще сидят генералы в кабинетах. Еще висят красные флаги. Но внутри все уже рухнуло. Теперь начиналась совсем другая эпоха. И в этой эпохе выживут не самые честные. И не самые правильные. А самые быстрые. Самые жесткие. И самые организованные.

— Ладно, Егор Владимирович, — сказал Кормаков. — Не буду отвлекать. Дел сейчас выше крыши.

— Давай, Саша.

— И еще… передай Володьке спасибо от меня лично.

— Передам.

— До связи.

— До связи.

В трубке пошли короткие гудки. Потапов положил ее на телефон. Потом поднялся с кресла и подошел к большому окну. Он долго смотрел в темноту, на мигающие на небе звезды и размышлял. Игнатов не подвел. Три года назад он сделал правильный выбор поставив на этого человека и собрав хорошую боевую команду. Теперь пришла пора действовать и снимать сливки.

* * *

Тихий августовский вечер. Сижу на веранде с газетой и кружкой чая с лимоном и медом. У соседей за забором во всю заливается Юра Шатунов, тоскуя о белых розах замерзающих на холодном окне. Наверное, это Юля включила, это она любительница «Ласкового мая» в целом и Шатунова в отдельности. Таня девушка более взрослая и больше любит рок.

В своей прошлой жизни, когда группа только появилась, я ее терпеть не мог, из-за излишней, как мне тогда казалось, слащавости. Потом, повзрослев, уже с удовольствием слушал те старые песни «Ласкового мая». Может, это была ностальгия по ушедшей юности, а может, просто сам изменился. Жаль, что Юра очень рано умер. Хороший был парнишка. Он, не в пример многим, не скурвился со временем и до самой смерти оставался тем же улыбчивым и даже немного застенчивым парнем, каким был в юности. Но сейчас он еще жив, находится на пике популярности и почти все девчонки пока еще СССР влюблены в него по уши.