Книга Отморозок 11, страница 105 – Андрей Поповский

В карантинной камере людей было явно намного больше, чем полагается по стандарту на такую площадь и на такое количество нар. Всего человек сорок, может чуть больше. Часть людей стояла, часть лежала или сидела на тянущихся у стены деревянных нарах без матрасов. Под потолком горела тусклая лампочка, забранная густой металлической сеткой. За грязной тряпкой, которая должна была изображать занавеску стояла параша, тяжелый запах от которой не перепутаешь ни с чем.

Запахи немытых человеческих тел, параши, дрянной еды и клубы сигаретного дыма, вместе образовывали непередаваемый тюремный аромат. Тот самый, который пропитывает сидельцев насквозь, въедаясь буквально во все: в одежду, в кожу, в волосы.

При появлении Ивана разговоры стихли не сразу. Сначала в сторону вошедшего повернулись головы. Затем, в камере постепенно наступила тишина. Иван остановился у двери и спокойно смотрел на серые лица тех, с кем ему предстоит провести ближайшие несколько дней в одном тесном и прокуренном помещении.

— Новенький, — послышался голос из-за спин.

— Богатенький, — завистливо добавил другой голос.

На Ивана смотрело множество глаз. Усталых, обреченных, равнодушных, оценивающих. Люди здесь были абсолютно разными. Кто-то еще не понял куда попал и надеялся быстро выбраться. Другие, наоборот, хорошо понимали, где очутились и напрасных надежд на скорое освобождение не питали, морально готовясь окунуться в тюремную жизнь, которая имеет свои правила и порядки.

— Проходи от двери дальше, коммерс — сказал невысокий крепкий мужчина лет сорока с абсолютно лысым черепом. — Не маячь на пороге.

Мужчина сидел на нарах у стены. Он был одет в черные джинсы и водолазку под горло. Рядом с ним находилось несколько крепких молодых людей с решительными лицами и щуплый мужичок неопределенного возраста.

Иван все еще не двигался с места изучая обстановку. Группа лысого, скорее всего, заправляет в этом месте. У них лучшие места. В других закутках камеры люди сгрудились тесно, а у этих свободно. На нарах лежит газетка, на которой разложены колбаса, хлеб, и несколько яблок.

— Ну, чего встал? — Нетерпеливо повторил лысый. — Тут тебе не приемная. Давай, двигай дальше.

— Куда можно? — спросил его Иван.

— Вежливый, — понимающе усмехнулся лысый. — Ну садись пока на свободном месте у двери. Потом разберем что ты за птица.

Иван подошел к свободному месту у стены. Снял с себя пиджак и, подстелив, сел на него. В камере снова возобновились многочисленные разговоры, заполнив все пространство монотонным гудящим фоном. Иван сидел, прислонившись спиной к стене закрыв глаза и думал о своем.

— Эй, новенький. Иди сюда. Слышь, новенький…

Донеслось до него через некоторое время. Иван открыл глаза и увидел, что лысый манит его рукой к себе. Иван встал и подошел к нарам. Его сразу обступили сзади подручные лысого. Иван повел шеей. Он не любил, когда кто-то стоял сзади, но пока решил не обострять.

— За что взяли? — требовательно спросил лысый, от которого не укрылось недовольство Ивана.

— Дело шьют, — коротко ответил тот.

— Ну, а что шьют-то? — не отвязывался лысый.

— Наркоту.

— Наркоту, просто так не шьют, — усмехнулся лысый. — значит, где-то рядом с тобой лежала.

— Положили, вот и лежала, — усмехнулся Иван.

— А ты, я смотрю, спокойный. — прищурился лысый. — Не в первый раз дело шьют?