Книга Отморозок 12, страница 31 – Андрей Поповский

Несколько секунд стою неподвижно, прислушиваясь. Тихо. Только далеко шумит машина на шоссе и через несколько улиц лает собака.

Осторожно двигаюсь вдоль забора. Под ногами мерзлая земля и старая листва. Наступаю осторожно, перекатывая стопу с пятки на носок. Листья все равно иногда тихо хрустят, но из дома Самвела громко работает телевизор. Одноголосый переводчик монотонно говорит что-то про американскую армию.

Добираюсь до дальнего угла участка. Между дворами невысокая металлическая сетка-рабица, местами заросшая сухим кустарником. За ней в паре метров стена дома Самвела. Окна с этой стороны темные.

Перелезаю через ограду и приседаю возле стены.

Жду несколько секунд. Слушаю. Никаких подозрительных звуков. Смотрю. Никакого движения. Коротко нажимаю кнопку рации. В наушнике дважды щелкает Пак. Улица чиста. Еще один короткий сигнал подаю своим, ждущим, пока я разрешу следовать за мной.

Первым появляется Игорь. Перебирается через забор и приседает рядом. Потом проходят Валера и Рома. Показываю рукой направление. Начинаем двигаться вдоль стены. Я впереди, Игорь за мной. Рома и Валера замыкают.

Доходим до угла дома. Отсюда уже видно крыльцо. Над ним нависает большой козырек. Пространство возле двери не просматривается из окон второго этажа. Свет фонаря падает чуть в стороне, оставляя у стены широкую полосу тени.

Идеальное место, чтобы ждать. Рассредоточиваемся. Я и Игорь прячемся с одной стороны крыльца. Валера и Рома — с другой. Роли давно расписаны. Я и Игорь в нападении. Валера и Ромка страхуют.

Телефонный провод тянется от столба к стене и уходит под карниз. До него можно дотянуться, встав на нижнюю перекладину забора. Рома показывает, что видит провод. Пока не трогаем. Мало ли кому взбредет в голову позвонить. Не стоит напрягать противника заранее не работающей телефонной линией. Рома должен будет перерезать провод перед самым входом в дом.

Из приоткрытой форточки доносятся выстрелы и взрывы. Потом гнусавый переводчик сообщает, что герой собирается убить какого-то сукиного сына.

В доме смеются.

— Коньяк кончился, — громко говорит кто-то.

— Там еще бутылки в шкафу, — отвечает второй голос.

— Сидеть, — обрывает его третий голос. — Я сказал, хватит бухать.

— Да ладно тебе, Мамай. Чего ей просто так стоять? Этот армяшка нихера не заметит. У него там еще много.

— Роб, ты меня услышал?

Несколько секунд тишины, а потом угрюмое.

— Услышал.

Телевизор снова становится громче. Ждем. Минуты тянутся медленно. На улице холодно. Дует пронизывающий ледяной ветер. Земля промерзла, от стены тянет сыростью. Стараюсь не менять положение слишком часто, хотя ноги начинают затекать. Согреваюсь изометрией.

Смотрю на часы. Три двадцать семь. В доме по-прежнему разговаривают. Один из бандитов смеется над происходящим на экране. Второй что-то отвечает с набитым ртом. Три тридцать четыре.

На улице никого. Я уже начинаю думать, что все трое накурились и больше наружу не выйдут, когда внутри раздаются шаги. Поворачиваю голову к Игорю. Он услышал. Показываю, что я атакую первым. Он кивает. Оба садимся на корточки.

Дверь открывается. На крыльцо падает широкий прямоугольник света. Выходит, один из людей Черепа. На свету его хорошо видно. Худой, длинный, с впалыми небритыми щеками. Куртка расстегнута. Оружия в руках нет. Он прикрывает за собой дверь, но не запирает. Нужно брать его быстрее, пока его глаза еще не перестроились к переходу от света к темноте.